Дед гневно прихлебывал кофе, сдобрив его ударной дозой коньяка. Будь он магом, под его взором все бы давно повспыхивало и сгорело синим пламенем. К счастью для окружающих, сверхъестественными способностями главнокомандующий не обладал. И даже когда дверь кабинета отворилась, и перед ним предстал пресловутый Гржельчик собственной персоной, взгляд Ларса не пригвоздил его к полу и не испепелил на месте, хотя очень хотелось.

– Вы! – взревел Максимилиансен, вскакивая из-за стола и комкая важные бумаги. – Вы что себе позволяете, сукин кот, а?

Гржельчик невозмутимо подошел, постукивая костылями, и положил на стол тонкую папку.

– Что это за филькина грамота?

– Мой рапорт, – ответил он. – Может, пригодится. В том числе о том, как мой корабль обстреливали земные посты обороны. Вам не нужно, так координатору будет интересно почитать.

– Как вам удалось миновать посты? – рявкнул дед.

– Мастерство не пропьешь.

Тон Гржельчика был негромким и отрешенным, философским каким-то. И это еще больше вывело главнокомандующего из себя.

– Гржельчик, вы у меня будете рыдать кровавыми слезами! Вы обвиняетесь в измене родине!

– В чем моя измена? – спросил он так же спокойно. – В том, что я разбил вражеский флот? Или в том, что ни разу не выстрелил в ответ, когда меня пытались сбить свои же?

– Замолчите! – гаркнул старик. – Вы нарушили приказ, вы дезертировали с поля боя, вы…

– Я уже понял, что несимпатичен вам в общем и целом, – кивнул Гржельчик. – Следствие будет, или так расстреляете?

– Да я вас собственными руками придушу, мерзавец!

Йозефу было все равно. Какая разница, как умирать, по большому счету? Так, наверное, даже лучше, чем от ломки. Темная пелена висела перед глазами все дольше и отступала все неохотнее, вызывая головную боль. Несправедливость главнокомандующего слегка напрягала его чувство собственного достоинства, но какое это будет иметь значение, когда он умрет? Скоро все кончится.

Кардиналу доложили о появлении капитана Гржельчика в Байк-паркинге. Наконец-то неверующему старику хватило ума отозвать его! Так думал Джеронимо Натта, ибо истинным ходом событий главнокомандующий не счел нужным с ним поделиться. Даже о том, что Гржельчик входит в здание генштаба, кардинал узнал от своих собственных осведомителей.

Вопли Максимилиансена, услышанные еще из коридора, заставили его прибавить шагу. В то, что главнокомандующий так отчитывает капитана за недостаток благочестия, как-то не верилось.

Он распахнул дверь и чуть не споткнулся. Осенил себя крестом и сквозь зубы выговорил:

– Стоять! Главнокомандующий, отойдите от него, быстро! На этом человеке печать проклятия.