— Уходите оттуда.

— Будет прорыв, деда, — вздохнул Николай. — И… даже если уйдем, то все равно будет.

— Мои люди недалече…

— Все одно не успеют. Как и Беломировы… те, кто… кто еще знает, где Беломир служил?

— Так… никто. Он не особо… даже я не сразу узнал. Уже потом, после скандала, когда пытался привести этого засранца в чувство, тогда и велено было оставить.

— Кем?

— А кто мне повелеть может, внучок? — мягко поинтересовался дед. — Но… люди его точно быть должны, что хорошо. И тот, кто игру затеял, о том не ведает. Тоже хорошо. И про Игнатку…

— И что ты ему приказал?

— Наблюдать. Не вмешиваться без особой нужды. Беречь кровь. Любой ценой.

Дышать даже легче стало.

Немного.

Если дедов Игнатка и вправду той, иной, крови, то справиться с ним будет непросто. Если только… если только его не ждут.

Тьма заплакала.

— Хорошо… то есть плохо… так, дед, если вдруг… маму береги. И сестер.

— Николай!

— Цыц, дура, не мешай… сберегу, уж будь уверен.

— И не смей их душить!

— Задушишь вас, как же… — проворчал дед. — А ты, засранец, только попробуй преставиться. С того света достану!

— Это вряд ли. Я некромант.