– Браво, – шепнула она. – Удачный ход, Маркиз!

Ким понял, что Кассандра обо всем догадалась.

– Я сначала колебался между Напразом и Орландо, но Орландо мог ведь и вспомнить, когда у него день рождения, – признался Ким.

Кассандра налила себе чаю и оглядела искупленцев, сидевших с довольными лицами вокруг торта.

– Мне приснился сегодня странный сон, – сказала она.

– Можно не сегодня! Впрочем, ладно, говори, где бомба!

– Нет, речь не о бомбе. Я видела картину будущего.

– Будущего месяца? Недели?

– Будущего тысячелетия.

Паренек-азиат откинул со лба синюю прядь и заинтересованно посмотрел на Кассандру.

– Меня заморозили. Я проснулась, думая, что оказалась в идеальном мире, но мир был на краю гибели. Люди стали бесприютными бомжами, города свалками.

– Клево! Это мне нравится.

– Выжившие меня судили за то, что мы все бездействовали.

Ким Виен положил себе большой кусок торта и с удовольствием ел его, запивая пивом. Кассандра тоже попробовала кусочек, но не смогла не скривиться, почувствовав привкус прогорклого сала, которым часто заменяют масло. Она с трудом проглотила откушенный кусок и с невольным сожалением вспомнила о пирожных Шарлотты, таких воздушных, таких вкусных.

– Ужасный сон, – сказала она, вздрогнув.

И взглянула по привычке на часы. Часы показывали: вероятность смерти 13 %.

– Слишком много на нас навалилось за последние дни, вот и результат. Теракт, который мы предотвратили. Твой брат, этот тип с гороскопами. Школа со сверхспособными детишками. Не говоря уж о вечерних новостях. Думаю, что сны – это отражение той каши, которая варится у нас в мозгу.

Кассандра тоже откинула со лба волосы.

– А я так не думаю. Нет, это было предупреждение. Мне дали знать, что такое может быть до того, как оно случилось.

Неподалеку Напраз свежевал и потрошил собаку, собираясь готовить обед.