– Нечего сказать, дѣвушки! – вскричалъ Альтамонтъ.

– A вотъ вамъ другой, не подлежащій сомнѣнію фактъ. Девять нашихъ соотечественниковъ, Фордайсъ, Бэнксъ, Саландеръ, Благдинъ, Гомъ, Нусъ, лордъ Сифорсъ и капитанъ Филапсъ выдерживали въ 1774 г. температуру двухсотъ девяносто пяти градусовъ (+128° стоградусника) въ печи, въ которой жарился ростбифъ и варились яйца.

– И это были англичане? съ нѣкоторымъ чувствомъ гордости спросилъ Бэлль.

– Да, Бэлль, англичане, отвѣтилъ докторъ.

– О, американцы сдѣлали-би гораздо больше, сказалъ Альтамонтъ.

– Они изжарились бы, засмѣялся докторъ.

– Почему-бы и не такъ? отвѣтилъ капитанъ.

– Во всякомъ случаѣ, сдѣлать этого они не пытались, а потому я ограничусь моими соотечественниками. Упомяну еще объ одномъ невѣроятномъ фактѣ, если-бы только можно было заподозрить правдивость его очевидцевъ. Герцогъ Рагузскій и докторъ Юнгъ, французъ и австріецъ, видѣли, какъ одинъ турокъ погружался въ ванну, температура которой доходила до ста семидесяти градусовъ (+78° стоградусника).

– Мнѣ кажется, что это гораздо меньше сдѣланнаго служанками общинной пекарни и нашими соотечественниками.

– Между погруженьемъ въ горячій воздухъ и погруженьемъ въ горячую воду большая разница, сказалъ докторъ. – Горячія воздухъ производитъ испарину, предохраняющую тѣло отъ обжога, но въ горячей водѣ мы не потѣемъ, слѣдовательно, обжигаемся. Поэтому, высшая, назначаемая для ваннъ температура не превышаетъ вообще ста семи градусовъ (+42 стоградусника). Видно, турокъ этотъ былъ какой-то необыкновенныя человѣкъ, если онъ ногъ выносить подобный жаръ!

– Скажите, докторъ, спросилъ Джонсонъ,– какою вообще температурою обладаютъ животныя?

– Температура животныхъ измѣняется соотвѣтственно ихъ натурѣ, отвѣтилъ Клоубонни. – Такъ, наивысшая температура замѣчается у птицъ и, въ особенности у куръ и утокъ. Температура ихъ тѣла превышаетъ сто десять градусовъ (+43° стоградусника), но у филина, напримѣръ, она не выше ста четырехъ градусовъ (+40° стоградусника). Затѣмъ уже слѣдуютъ млекопитающія, люди; температура англичанъ вообще равняется ста одному градусу (+37°стоградусника).

– Я увѣренъ, что Альтамонтъ заявитъ требованія въ пользу американцевъ, засмѣялся Джонсонъ.

– Да, между ними есть люди очень горячіе, сказалъ Альтамонтъ,– но такъ какъ я никогда не измѣрялъ ихъ температуры, то ни въ какимъ опредѣленнымъ выводамъ въэтомъ отношеніи еще не пришелъ.

– Между людьми различныхъ расъ, продолжалъ докторъ,– нѣтъ большой разницы въ температурѣ, если они поставлены въ одинаковыя условія, каковъ-бы ни былъ родъ ихъ пищи. Скажу даже, что температура человѣческаго тѣла подъ экваторомъ и подъ полюсомъ одна и та-же.