Битва была окончена – об этом громкими криками оповещали вороны, слетавшиеся в долину. Услышав их карканье, Куланн вздрогнул и чуть пригнулся, с опаской глядя в небо. Лицо его побелело. Он поспешно зашагал к своим людям, отдавая приказы.

* * *

Воздух густел от свежести наползающего вечера, солнце отяжелело и клонилось все ниже. Живые собирали мертвых. Больше всего потерь пришлось на наемников и Черные отряды.

– Тела, тела, тела… – пробормотал Дикий Ворон.

Он вместе с Красным и Коннлой ходил между павшими, помогая искать своих фениев и горцев. Красный морщился, но молчал. Ему не хотелось смотреть на изуродованные трупы, ему хотелось в шатер – совещаться за бокалом крепкого вина.

– Эй, смотри! – воскликнул Коннла.

Он наклонился и оттащил в сторону труп лугайдийского рыцаря в расколотом панцире. За рыцарем лежали Гордый и Лорелея, нанизанные, словно бабочки на иглу, на одно копье. И, казалось, не сводили друг с друга мертвых глаз.

Дикий подошел так близко, что мыски его сапог касались светлых волос Лорелеи. Лицо его исказилось, он несколько раз стиснул и разжал кулаки. Красный встал рядом. Он не мог оторвать взгляда от тел. Рука его неосознанно нашарила ожерелье под рубашкой и стиснула сквозь ткань.

– Зачем, зачем, – пробормотал Дикий, мотая головой, словно ужаленный змеей конь. – Они были лучшими…

Он опустился на одно колено и прикрыл глаза сначала Гордому, потом Лорелее – у ее лица рука его задержалась на несколько мгновений.

– Дышать тяжело, – чужим голосом сказал Дикий. Еще одного Ворона хоронить… Где Младший?!

– Я его видел, – отозвался Красный. – Он легко ранен, ему делали перевязку.

– Положите их обоих на телегу и везите домой, пусть их похоронят рядом с матерью, на кладбище Оленей, – приказал Дикий, поднимаясь на ноги.

Лицо его сильно побледнело, взгляд затуманился. Его шатнуло. Красный подскочил и поддержал брата. Шепнул на ухо:

– Держись. Главное – мы победили! Брес мертв!

Дикий посмотрел на него каким-то отстраненным взглядом и сказал:

– Одна голова не стоит стольких смертей…

– Не мы это начали, – горячо возразил Красный. – А теперь Таумрат наш. Серые горы в безопасности. Приморье тоже. Все закончилось.

Дикий захромал к обозу, что виднелся на другом краю долины.

– Мне нужно выпить, в горле пересохло, – бормотал он. – Такая горечь во рту…