Чтобы немного развеселить команду, я пустил по кругу фляжку с самогоном. Мы сделали по глотку, закусили репой и остатками варёной курицы. Дружинники с удивлением смотрели на пьющего самогон духа.

— Надо тебе отдельную фляжку сделать, — вздохнул я.

Демон жадности внутри согласно кивнул.

— Спать пора, — сказал Джанибек, и первым растянулся на лапнике у прогоревшего костра.

— Я подежурю, — отозвался Прошка.

— Разбуди меня через два часа, — попросил я. — Сменю. Надо, чтобы все отдохнули.

Но проснулся я сам от того, что в лесу негромко хрустнула сухая ветка.

— Засада! — взвыл внутри демон подозрительности.

— Еда! — обрадовался демон обжорства.

— Поймать и припрятать! — посоветовал демон жадности. — Пригодится!

— Пусть лучше кто-нибудь другой посмотрит, что там, — пискнул тоненький дрожащий голосок.

Э, бля! А это что за херня?!

— Это Игнавус, — хихикнул змей. — Демон трусости.

А какого хера я его не заметил?! Сто раз подумал бы, прежде, чем сажать такого пассажира!

— А он невидимый, — ухохатывался змей. — Проявляется только в критические моменты.

Охереть!

Назло демонам я поднялся с лапника и вгляделся в ночную темноту.

Костёр, на котором мы готовили еду, давно погас. Сгоревшие наполовину брёвна ещё тлели. Их облизывали дрожащие синеватые язычки пламени, но света от такого огня было мало.

— Прошка, — шёпотом позвал я.