Я разжал зубы, сунул курицу подмышку. Вытер тыльной стороной ладони рот и прижался спиной к забору.

Ну, где там мои дружинники?

Ворота княжеского терема открылись, пропуская группу всадников.

Джанибек вёл в поводу запасного коня. Ай, молодчина!

Соловей наклонился с седла и отпустил какую-то шутку. Охранники у ворот весело расхохотались.

Княжич что-то сказал Прошке и показал на кусты, в которых прятался я. Всадники подъехали поближе. Соловей весело свистнул.

Я вышел из кустов и сунул курицу в руки Джанибеку.

— Остановимся на привал — зажарим!

— Ай, Немой! — восхищённо улыбнулся Джанибек. — Настоящий шайтан!

Он сунул курицу в свой мешок, а я вскочил на свободную лошадь.

— Поехали!

Мы рысью проскакали по деревянной мостовой. Копыта лошадей выбивали звонкую дробь. Мальчишки, весело крича, бежали за нами. Освобождая дорогу, торопливо отошла в сторону женщина с двумя полными вёдрами на коромысле.

Дальше по улице мы увидели удивительную картину.

Навстречу нам катились несколько телег. Мужики с ломами и топорами торопливо разбирали деревянную мостовую и укладывали брёвна в телеги.

За ними, по чёрной полосе влажной земли двигался дух. Он плотно укладывал в мягкую землю колотые булыжники и трамбовал их своим весом.

— Немой-хан! — загромыхал дух, увидев меня.

— Здорово!

Я махнул духу рукой, соображая, как лучше объехать место работ.

— Куда собрался, Немой-хан? — спросил дух, оглядев мою дружину. — На войну, что ли?