Прошка сидел, свесив голову к самым коленям, и негромко похрапывал.

Ладно, бывает, чо! Устал, перенервничал!

Я прислушался к окружающей тьме.

Еле слышно журчал ручей, возле которого мы остановились.

Где-то далеко, хлопая крыльями, взлетела неведомая птица.

В один момент мне показалось, что я слышу тихие, крадущиеся шаги. Я повернулся в их сторону и даже приоткрыл рот, напряжённо вслушиваясь.

Ничего.

Показалось, что ли, бля?

До самого рассвета я просидел, вороша огонь и внимательно вглядываясь в темноту. Но больше ничего не заметил.

С утра на землю опустился серый осенний туман. Он был таким густым, что даже стук копыт увязал в нём, словно в вате.

Я думал перекинуться в кота и вести команду к Яге напрямик, через лес. Но в таком тумане они мгновенно потеряли бы меня из виду и заблудились. Пришлось выбираться на дорогу и ехать по ней.

Только к обеду поднялся ветерок и разогнал туман по лесу. Лишь унылые серые обрывки висели, зацепившись драными краями за колючие ветки елок.

К этому времени мы уже добрались до поворота на Боровую. Я задумчиво взглянул на петляющую между сосен тележную колею.

— В Боровой князю на наш берег не переправиться, — сказал Джанибек, словно угадав мои мысли. — Там речка глубокая, хоть и нешироко. А вода сейчас холодная, вплавь они не пойдут. Только вброд, на переправе.

— Это раньше было не переправиться, — возразил я. — А теперь один добрый дух построил в деревне мост.

— Не вовремя, — согласился Джанибек.

— И хазары вполне могут про этот мост знать. Набег нам теперь не страшен. А вот князь запросто захочет сократить путь до Старгорода.

— Что думаешь делать, Немой? — спросил Джанибек.

— Перехватить князя посреди деревни будет трудно, — решил я. — Придётся сломать мост.