Хазары испуганно закричали, разворачивая лошадей. Соловей свистел, перекрывая крики всадников и мои команды. Стрелы падали в воду, не долетая до нас.

Из кустов на противоположном берегу реки показалась знакомая худощавая фигура в ботфортах.

Сытин! Ну, конечно, бля! Кто ещё мог перехватить князя?!

Не обращая внимания на хазарские стрелы, Сытин повернулся лицом ко мне и поднял руку.

— Немой! — закричал он. — Стой! Прекрати! Давай поговорим!

С левой ладони Сытина сорвался зелёный огонёк и ударил в каменную грудь духа земли.

Так вот кто молнию в князя швырнул!

Дух взревел от боли и ярости, выхватил из воды огромный булыжник и запустил им в Сытина.

Сытин легко уклонился, и камень тяжело плюхнулся на береговой песок, наполовину зарывшись в него.

Поговорим?! Охереть, бля! После того, как ты всё испортил?!

Горло стиснула обида.

Не раздумывая, я поднял вверх руки и почувствовал между ладонями невыносимое жжение.

Ослепительная огненная молния слетела с моих пальцев в сторону Сытина.

Получи, бля!

— Да! Вали его! — хором ликовали демоны внутри.

Соловей оглушительно свистел, тесня хазарских всадников прочь от берега.

Из-за спины Сытина выскочил Божен. Вскинул к небу крест, прикрывая Сытина белым пологом молитвы.

Молния ударила в полог и взорвалась. Она не причинила Сытину вреда, но я увидел, как дрогнула рука Божена. Молитвенный щит пошёл трещинами.

— Остановись, Немой! — крикнул святоша.

Да хер вам!