Хотя расстаться с Тигром Салазаром ей было гораздо труднее, чем она предполагала.

Охранники вернулись и сообщили, что Роуэна восстановят через тридцать шесть часов, о чем Рэнд и отправилась сообщить Годдарду. Тот как раз выходил из ванной комнаты, обернутый в одно только одеяло.

– Хороший поединок бодрит, – сказал он. – В следующий раз я его побью наверняка.

Рэнд нервно пожала плечами: именно так всегда говорил Тигр.

– Через полтора дня он вернется, – сказала она, но Годдарда уже занимала иная тема.

– В нашей ситуации, Эйн, я начинаю видеть отличные перспективы, – сказал он. – Жнецы из «старой гвардии» этого не понимают, как не понимают и того, что оказали мне по-настоящему важную услугу. Найди мне лучших инженеров.

– Всех лучших инженеров вы подвергли жатве, – напомнила ему Рэнд.

– Да не тех, что занимаются ракетами или двигателями. Мне нужны те, кто разбирается в динамике крупных структур. И программисты, но такие, что не связаны с «Гипероблаком» или сообществом жнецов.

– Поищу.

Годдард постоял перед зеркалом, разглядывая свое новое тело, потом заметил, что и Эйн смотрит на него, не отводя глаз. Он повернулся к ней и сделал шаг вперед.

– Тебе нравится такая фактура? – спросил он.

– Когда мне не нравились ладно скроенные мужчины?

– И ты… ты имела с ним дело?

Рэнд не выдержала и отвела взгляд.

– Нет, – ответила она. – Не имела.

– На тебя это не похоже, Эйн.

Она чувствовала себя так, словно с нее сдернули мантию. Тем не менее она иронически ухмыльнулась.

– Может быть, я ждала, когда это тело станет вашим?

– Вот как? – промычал Годдард, словно за его вопросами крылось одно лишь любопытство. – Я заметил, что тебя по-настоящему тянет к нему.

Обойдя Рэнд, он надел мантию и вышел, оставив ее сожалеть об утраченной возможности.