Звездная Пристань была похожа на огромный дворец.

Затем леденящие хлопья снова начали покалывать лицо Мышелова, и ленточка неба сузилась и сошла на нет. Снегопад снова надвинулся на Звездную Пристань, закрывая звезды и загадочные огни.

Бешенство Мышелова иссякло. Внезапно он почувствовал себя очень маленьким, и безрассудным, и очень, очень замерзшим. Таинственное видение – разноцветные огоньки – оставалось в его памяти, но смутно, словно часть сна. Очень осторожно Мышелов прокрался назад по своим собственным следам и перед тем, как коснуться плаща, почувствовал тепло, исходящее от Фафхрда, Хриссы и выгоревшей жаровни. Он плотно зашнуровал плащ и долгое время лежал свернувшись, как ребенок; в его мыслях не было ничего, кроме холодной тьмы. Наконец Мышелов уснул.

* * *

Следующий день начался мрачно. Два приятеля, продолжая лежать, пытались растереть друг друга и шутливой борьбой хоть немного выгнать из тела окоченение, загнав в него достаточно тепла, чтобы можно было подняться. Хрисса выбралась со своего места, прихрамывающая и угрюмая.

Но по крайней мере у Фафхрда прошли онемение и опухоль, а Мышелов почти не чувствовал неглубоких ран у себя на руке.

Друзья позавтракали чаем из трав и медом и начали подниматься к Гнездам под легким снегопадом. Эта последняя напасть оставалась с ними все утро, не считая тех моментов, когда порывы ветра отдували ее прочь от Звездной Пристани. В таких случаях приятели могли видеть гигантскую гладкую скальную стену, отделяющую Гнезда от последней полосы уступов Лика. Судя по тому, что друзья успели заметить, на этой стене, похоже, не было вообще никаких путей для подъема, а также никаких отметин – так что Фафхрд высмеял Мышелова за рассказы об окнах, разливающих разноцветный свет, – но в конце концов, приблизившись к основанию стены, путники начали различать то, что казалось узкой трещиной (она выглядела толщиной с волосок), поднимающейся вдоль середины скалы.

Скалолазы не встретили ни одного из невидимых плоских летунов ни в воздухе, ни на уступах, хотя в те мгновения, когда порывы ветра проделывали странные бреши в снегопаде, оба искателя приключений устраивались попрочнее на своих выступах и хватались за оружие, а Хрисса начинала рычать.

Ветер почти не замедлял продвижение вперед, потому что камни Гнезд были надежными, но друзья очень мерзли.

И им все еще приходилось остерегаться снежных потоков, хотя их было меньше, чем вчера, возможно, потому, что большая часть Звездной Пристани уже осталась внизу.

Мышелов и Фафхрд достигли основания огромной скалы как раз в той точке, где начиналась трещина, и это было большой удачей, поскольку снегопад стал таким сильным, что поиски были бы сильно затруднены.