Теперь он сидел на площади у порта. Там, на пирсе, военный — женщина 30-35-и лет разговаривала с освобождёнными моряками. По кораблю, порту, городку ходили люди с оружием, в броне и камуфляже. Выживших местных так-же сгоняли на площадь. Отдельно, под охраной, лежало трофейное оружие. Городок зачищали чётко и со знанием дела. Отдельной горкой лежало его оружие. Его нашли, всё, до последнего патрона. Экипаж направили на корабль, а женщина пошла к ним.

— Священник. Зачем вам столько оружия? — спросила она по-английски.

— Места здесь не спокойные.

— Знаю, знаю. Как говорили раньше — доброе слово — это хорошо. А доброе слово и пистолет — более убедительно.

Она пошла дальше, разговаривая с одним из бойцов по-испански. Он смотрел на неё и думал: «Она из Восточной Европы, а, скорее всего, Россия. Чистый английский и испанский, колумбийский диалект. Значит Лондон и СЕМЬЯ. Значит корабль их. Да и груз — зерно. Вот она — кара Божья. А что с ними? Опять доказывать своё право жить здесь и проповедовать?» Он знал, что СЕМЬЯ ни чего так не оставит. А он как семя, попавшее между жерновов. С одной стороны СЕМЬЯ, с другой стороны местные кланы и духовные лидеры. Они его в покое не оставят. Его размышления прервал залп орудий, донёсшийся из-за балкера. Опять знакомый вой и взрывы где-то далеко, на дороге в другое поселение, контролируемое другим кланом. Это означало, что от них помощи местным ждать бесполезно. Он встал и пошёл к группе местных. Все простые рыбаки или крестьяне, не имеющие отношение к местному клану и платившие ему дань, до сегодняшнего дня. Ни кто не мешал ему. Старый священник обходил людей, осматривал, не ранены-ли они, утешал, успокаивал. Отдельно сидела группа выживших бойцов местного клана. Сплошь «пехота». Грязные, запуганные, некоторые раненые. Он спокойно сходил в свой храм, взял аптечку, чистую тряпку, кувшин воды. Подозвал одну из монашек, и стал перевязывать раненых. Ни кто ему не мешал. Дети «Дикой Кошки» были католиками, и знали и уважали права священника.

Вечером он читал проповедь на площади около порта. Корабль готовился к отправлению, а у него огромная аудитория. Слушали все местные и часть бойцов, захвативших и зачистивших этот городок. Следовало ещё причастить после проповеди, но на это не было ресурсов. Рассказывал о грехе пиратства. Напомнил о Содоме и Гоморре, казнях египетских, и прочих карах Божьих. После проповеди подошёл с монашками к той женщине.

— Что теперь с нами будет?

— А в чём дело?

— Придут другие кланы, как вы уплывёте. Я уже стар.