— Как так? — удивился Крот. — Если собственник не знает, что у него зарыто, то какой же он собственник? Вот если он сам найдёт, то тогда ему и принадлежит, а так нет, я не согласен.

— Так неправильно, — возразила Маша, — если земля чья-о, то всё, что в ней — тоже чьё–то. Правда, если найдётся что–то имеющее культурную и историческую ценность, то это нужно отдать государству, а потом получить половину стоимости как вознаграждение.

— А если не отдавать? — спросил Крот.

— Тогда в тюрьму, — огорчила его Маша.

— А если не имеет культурной ценности? — снова задал вопрос Крот.

— Тогда это принадлежит владельцу земли, только нужно потом подоходный налог заплатить.

— Но как же знать, имеет клад культурную ценность или не имеет? — озадачился Крот.

— А вот это я и сама не понимаю, — призналась девочка, — но эта монетка скорее всего точно имеет и культурную, и историческую ценность — она ведь старинная и драгоценная. Так всё–таки, где вы её нашли?

— Где я её нашёл, там всё и лежит, — сообщил Крот, — недалеко отсюда. Но сдавать вашему государству я ничего буду. Мы ведь не пришли к соглашению относительно земли. Вы считаете, что это земля людей, а мы, кроты, считаем, что это земля кротов. Кто первый здесь поселился — того и земля.

— Но люди–то в этих краях давно живут, — сказала Маша.

— А кроты ОЧЕНЬ давно, то есть дольше, — заявил Крот, — так что земля эта наша, и всё, что в ней — тоже наше.

(Это было очень серьёзное заявление — как на него отреагировать, чтобы не случился государственный конфликт? Ведь человечество в лице девочки двенадцати лет впервые вступило в разумный контакт с, как оказывается, вполне мыслящей цивилизацией кротов. Да, да, тех самых кротов, шубы из которых раньше были в большой моде. Тех самых кротов, которых ловят в ловушки и травят ядами садоводы. Тех самых кротов…, тут Маша вспомнила, как она общалась с Тихоном. Девочка начала приходить к мысли, что если бы многие животные получили фиолетовые листики, то жизнь на Земле преобразилась бы до неузнаваемости. Ведь человек легко и привычно уничтожает их миллионами, и на еду, и на шкуры, и на опыты, и просто ради удовольствия. При этом даже не задумываясь, что у них тоже есть свои чувства, свои привязанности, своя тяга к жизни. Хотя, чему здесь удивляться? Люди легко убивают и себе подобных, что уж сокрушаться о представителях иных видов. В общем, вначале Маша пришла в сильное волнение, потом в смятение, а потом решила, что Крот в общем–то не так уж и не прав, а может даже и прав. Поэтому она просто с ним решила не спорить.)