Атлас подбежал ко мне, прижался к моей ноге. Я положила руку ему на голову и почесала за ушами.

Бэйл сказал, что я не должна рисковать. Но в глубине души я знала, что, если бы он сейчас был здесь и у него был этот шанс, он сделал бы то же самое. Он говорил, что они должны увидеть это собственными глазами. И он был прав.

Хольден сделал шаг к двери, но все остальные не сдвинулись с места. Заметив это, он повернулся и нахмурил брови:

– Разве Гилберт не сказал, что мы должны занять свои позиции?

Когда никто не отреагировал, Хольден вздохнул:

– Очевидно, я ослышался.

– Жулиана Канто и ее штурманы находятся на пару этажей выше нас.

Сьюзи сказала это настолько невинным голосом, что можно было действительно поверить, будто эта мысль пришла ей в голову только сейчас.

– Она главный штурман. И у нее тоже есть доступ к Небесным воротам.

Лука улыбнулся, глядя на Сьюзи, как если бы она была его личным солнцем:

– Он у нее точно есть. А с ее детектором и вот с этим, – он поднял вверх микрочип из детектора главного инженера Скай-Сити, – мы сможем, скорее всего, загрузить видео в сеть «Красной бури».

Хольден переводил взгляд с Луки на Сьюзи и обратно.

– Вот уж точно, вы двое искали друг друга и нашли.

Я попыталась открыть вихрь, но было уже слишком поздно. Сенсоры на защитной стене, должно быть, уже активировали, и энергия утихла, прежде чем я смогла сконцентрировать ее. Но и на своих двоих было не так далеко.

Мы пробежали по пустым коридорам северной башни с белыми гладкими стенами и таким же гладким полом и все впятером, включая Атласа, втиснулись в лифт, который должен был доставить нас на верхний этаж, где сидела Канто.

– Она никогда не даст нам код добровольно, – сказал Хольден, покосившись на меня.

– Кто бы сомневался!

Я не выносила Канто за ее высокомерие, но мне не хотелось применять силу по отношению к ней.

Что не означало, что я не стану этого делать.