И вот Юрмейен – Железные Яйца, больше всего боявшийся именно «смерти», приглашал меня зайти с нее. Он сделал крупную ставку и, когда я дважды звякнул в ответ, открыл свою «королеву». Я показал ему «монету», которая оживляла моего «короля» с одной из «башен» и выигрывала круг.

Юрмейен встал и отошел в сторону, разразившись цепочкой ганнских проклятий, от которых покраснел бы даже старина Волтан. Наконец он успокоился, сел на место и даже предложил мне пива. Он должен был сохранить «королеву» для боевого круга. Игра все еще была ничейной. Так обычно и происходит, пока не упадет на стол последняя карта.

Третий круг остался за ним. Он поставил «луну», и я ответил, потому что имел на руках двух «лучников» и двух «саперов», которыми должен был сыграть, чтобы сохранить их. Он почти обчистил меня, а потом прикупил «короля», чтобы уравновесить моего, вторую «королеву» и еще одну, третью «башню». К боевому кругу он подходил богатым, как Древний Кеш, но я чувствовал, что везение все еще со мной.

И вот пришло время боевого круга. Но сначала Юрмейен захотел передохнуть. Откуда-то появилась скрипачка, пожилая женщина с длинной, тощей косой, обернутой вокруг пояса, и затянула нежную мелодию. Когда она закончила, я бросил ей медяк и попросил разрешения поиграть на ее исцарапанной, старой теплой ганнской скрипке. Женщина протянула мне свой инструмент, и я сказал:

– Эту песню поют у меня на родине, в Гальтии, и она называется «Я проиграл свою задницу в карты, и теперь мне трудно скакать на лошади, но лошади у меня тоже нет, так что можете скакать на моей заднице».

Те, кто говорил по-холтийски, засмеялись. Юрмейен перевел для остальных, и они тоже расхохотались. Я сыграл веселый быстрый танец. Гостеприимный хозяин принес выпивку покрепче, и мы допили его водку. Этот подонок начинал мне нравиться. И мы снова сели за игру.

В «Башнях» исключительно важно, как вы слепили свою колоду для боевого круга. Вы получаете ровно десять карт, но не можете сохранить «монеты» и «пчел» и надеетесь только на то, что поднимете хотя бы одну-другую. Если слишком налегать на «хозяев», то у вас может не хватить «средств», чтобы их накормить, особенно если у противника есть «воры». А Юрмейен прекрасно знал, что они у меня есть. Он имел сокрушающий перевес, но не решился пустить его в дело полностью. Как я потом понял, он пожертвовал «солдатами», чтобы вытянуть у меня побольше «средств», а потом добить меня. Вышло так, что он поднял хорошие карты.

Я тоже пошел на жертвы. Я знал, что у него есть «король», который свяжет моего «короля», и мне ни за что не переиграть его «хозяевами», и одна «башня» здесь ничем не поможет. Но у меня было множество слуг, и надеяться оставалось только на них. Я вывел «короля» и «башню» из игры, как это называется, «опустился» – очень рискованный трюк.