– Но, Конрад, они обошлись нам в целое состояние! Их нельзя перенапрягать!..
– Никакого перенапряжения. Им даже приятно будет размять свои эти, как их…
– Суперприводы.
– Да-да, эти самые.
69
69
Весь день до самой темноты Головин подбирал редакторы с помощью которых было проще искать пробои в кодах.
В прошлый раз он, конечно, и сам справился, но был, что называется – на грани.
Одним словом, какая-то помощь от автоматически отлаженной системы была бы не лишней, если конечно, эту систему доплеры тоже не взломают своими тайнами волнами.
«Как, кстати, они это делают?» – спрашивал себя Головин.
Он еще какое-то время посидел, размышляя, можно ли придумать какие-то логические уловки, чтобы помешать такому взлому. Тут приходилось полагаться только на интуицию и помощь кубитного видения, которое он, к сожалению, совсем не контролировал.
Пришел Руди Крейг и принес горячие бутерброды с хрустящей углеводной пенкой и морскими протеинами, которые они с Мишелем целый час вылавливали с помощью какой-то особой снасти.
Якобы спускали ее до самого дна. И ради этого капитан Сэм даже разрешил сделать крюк в пару миль к подходящей для лова отмели.
В результате, у них все получилось и бутербродов хватило на всех.
После перекуса, Головину пришли какие-то мысли по поводу логической ловушки от взлома кодов, но пока это были только наметки.
Понимая, что на сегодня он полностью выжат, Головин, сытый и усталый отправился к себе в комфортабельную каюту, где впервые, за все время путешествия на судне, почувствовал себя по-настоящему нужным членом команды, а не каким-то пассажиром.
Ночью он несколько раз просыпался, из-за того, что судно начинало маневрировать. Волны бились, то о правый борт, то о левый.
Руди Крейг предупреждал, что и в темное время капитан Сэм продолжит поиск нового конвоя, поскольку получил сведения с пары спутников, владельцы которых подрабатывали промысловой разведкой.
Совсем крепко Головин уснул лишь под утро и был разбужен громким стуком в дверь.
– Эй, Марк, уже половина десятого! Приходи завтракать! – крикнул из-за двери Мишель.