– До четвертого.

– Сэр, мы сильно потеряем при таком грубом согласовании! – не удержался главный штурман. – Разрешите, хотя бы до шестого!

– Сколько времени потребуется для такого расчета?

– Два астрономических часа, сэр.

– Через два астрономических часа, полковник, мы можем получить прилет скоростных боеприпасов от пиррианцев. Как вам такая перспектива?

70

70

Головин заметил, что началась какая-то суета. Шеренга военных распалась и они, едва ли не бегом бросились из медицинского бокса, на ходу срывая с себя халаты.

Опекающий его док, сделал по помещению несколько нервных кругов, а затем позвал пару ассистентов, которые стали помогать ему толкать тяжелое кресло на колесиках, вместе с находившимся на нем пациентом.

– Что происходит? – спросил Головин, заметив рядом обеспокоенное лицо дока.

– Какая-то военная тревога. Но вы не беспокойтесь, это же корабль, тут такое случается довольно часто.

И он снова улыбнулся, но это улыбка была похожа на мышечную судорогу.

Помимо кресла, следом катили небольшую платформу с исследовательской аппаратурой, от которой к пациенту тянулись жгуты из проводов и трубок.

Все вместе это звенело и грохотало, а когда платформа с аппаратурой отставала, жгут из проводов натягивался, доставляя Головину неприятные ощущения.

– Да сколько же нам еще ехать?! – в отчаянии воскликнул он, когда его так, едва не выдернули из кресла.

– Уже, друг мой! Уже! Вон там в конце коридора! Мы уже почти прибыли!

Коридор оказался очень длинным и пока они по нему двигались, мимо пробежало несколько взмыленных младших офицеров.

Наконец, Головина вкатили в просторную каюту, где имелось какое-то сложное оборудование, однако оно было закрыто шторкой и похоже давно не использовалось.

– Сейчас мы быстренько с вас все это снимем, дорогой друг… – пообещал док и вместе с помощниками принялся снимать присоски и прищепки, после которых, в некоторых местах, оставались небольшие синяки.

Когда его, наконец, избавили от немалого веса этих приспособлений, Головин вздохнул полной грудью.