Сопровождавшие Головина бойцы старались не подавать виду, насколько сильное впечатление на них произвело начало сражения. Возможно, им уже приходилось участвовать в подобном, но лишь находясь внутри корабля. А видеть такое снаружи – совсем другое дело.

Прежде, чем их скоростной катер успел отойти на достаточное, для кажущейся безопасности, расстояние, несколько кораблей эскадры получили удары такой силы, что были видны отлетавшие от их корпусов раскаленные фрагменты. А еще, Головину показалось, что он заметил силуэты пары катеров, которые, какое-то время, мчались параллельными с ними курсами, но потом разошлись в стороны.

– Сэр, как вы переносите нуль-гравитацию? – спросил капитан Лидс.

– Невесомость, что ли?

– Нет, именно нуль-гравитацию.

– Ну, не знаю. Я думал это одно и то же.

– Нам нужно уйти с радаров противника, иначе нас быстро вычислят.

Головин вздохнул и посмотрев на озабоченное лицо Лидса, кивнул.

– Давайте попробуем, если это так необходимо.

– Тогда возьмите вот эту капу.

– Капу? – переспросил Головин, хотя прекрасно понял о чем идет речь. Иногда пассажирам раздавали капы, когда возникала угроза запредельных маневров с перегрузками.

Вскрыв упаковку, он сунул капу в рот, ожидая привкуса дезинфектора, однако ощущения от нее оказались совершенно нейтральными.

В следующее мгновение в тело Головина врезались фиксаторы страхующей оснастки.

– Потише, Эрлоф, потише! Он теряет сознание!

Головин открыл глаза и тут же закрыл их – в боковой иллюминатор бил яркий свет какой-то звезды.

Потом послышалось какое-то невнятное бормотание. По крайней мере, так показалось Головину. Это было и не бодрствование, и не сон. Вероятно виной тому являлась капа, а точнее препарат, которым она была пропитана.

Затем Головин увидел какие-то образы. То ли горы, то ли… Нет, это был огромный куб, который висел на серебристой нити и медленно вращался. А вокруг него летало несколько кубов поменьше.

Головину показалось, что где-то он этот куб уже видел, но тогда это был не куб.

Сильная тряска заставила его окончательно прийти в себя. Освещение в салоне мигало, катер швыряло из стороны в сторону, а за толстым бронестеклом иллюминаторов, полыхали плазменные протуберанцы.

«Это мы уже в атмосфере», – догадался он.