– Какой?

– Мой друг Всеволод Шапиро, универсальный учёный, изучал человеческий мозг как программируемую нейросеть, он поможет мне.

– Каким образом? – полюбопытствовал Голубев.

– Это пока секрет. Предлагаю какое-то время побыть невидимыми для всех действующих лиц данного региона. Это хороший козырь в наших руках при экстремальном изменении обстановки.

– А если Властители нападут на фрегат? – спросила Диана, кусая губы.

– Вот про такой случай я и говорю. Если бы драконы хотели напасть на фрегат, уже напали бы. К тому же я узнаю об их намерениях раньше, чем они пойдут в атаку. Они ждут.

– Чего?

– По разговорам экипажа «Великолепного» я выяснил, что посланцы Ланиакеи уже имели дело с фрегатом и получили отпор. Они ждут подмоги, чтобы на их стороне было десятикратное преимущество, а не пятикратное, как сейчас.

– Властители так боятся людей?

– Это не сами Властители, а только исполнители приказов. Как вы знаете, наши парни назвали их тартарианцами. Коллективный разум Ланиакеи далёк от гуманоидного и вообще от биологического. Однажды я встречался с таким в далёком прошлом. Это нечто вроде суперроя или супероблака, напоминающего моего коллегу Пушистика, элементная база которого создана нанитами. Кстати, действия посланцев тартарианцев косвенно подтверждают вывод, что они ждут подмоги. Я отлучусь на часок, если вы не против.

– Куда ты собрался? На фрегат?

– Разрешите не отвечать.

– Я хотел бы…

– Виктор! – хмуро сказала Диана.

– Где вы хотите остаться? – спросил Копун. – Могу вырастить малый защитный модуль класса ваших «големов».

Голубев подумал о погружённом на космодроме в Плесецке в отсеки Копуна коконе индивидуальной защиты, но решил не трогать его.

– Палатка кают-компании уязвима?

– Не больше, чем я сам, – ответил «взрослый» Копун.

– В таком случае я бы предпочёл подождать тебя здесь.

Ведерников молча кивнул, соглашаясь с мнением своего шефа.