– Но он уже рисует на картинах героя, – возразила Джоанна. – А значит, интересуется этой темой и может сообщить нам хоть что-то. Дать подсказку или зацепку.

Том нервно сглотнул и стиснул челюсти. Несколько секунд казалось, что сейчас он откажется открывать дверь. Пес будто почувствовал колебания хозяина и запрыгнул на черную створку передними лапами, залаяв еще настойчивее.

Посмотрев на Фрэнки, Том вздохнул, вытащил из кармана ключ и вставил его в замочную скважину, повернув с уверенностью человека, который проделывал это десятки раз. Однако трясущиеся пальцы выдавали волнение. Наконец дверь открылась.

– Ого, – выдохнула Джоанна.

Она уже видела часть поместья Лю – картинную галерею и внутренний дворик, но недооценила размеры территории. Перед глазами простирался безыскусный разросшийся сад, который казался бесконечным. Конечно, дом должен был находиться где-то поблизости, но от задней двери создавалось впечатление, что вошедшие попали в деревенскую местность. Среди высокой травы росли дикие крокусы и жимолость. Джоанна закрыла глаза и сделала глубокий вдох. В воздухе слышалось гудение пчел. Издалека доносилось журчание воды. Пахло медом и солнечным светом.

Здесь, в спокойной безмятежности сада, Том выглядел посторонним элементом. Он переступал с ноги на ногу, нервно озирался и излучал едва сдерживаемое напряжение борца перед матчем.

– Помните, в этом времени Джейми еще не забрали… не сделали пленником и не принудили помимо воли стать архивом, – последнее слово Том почти выплюнул. – Он не будет знать о том, что это монстры создали героя. Не будет знать даже о том, что герой существует на самом деле. Будет считать его лишь персонажем из сказок.

– Тебе необязательно идти с нами, – произнес Аарон.

– Серьезно? – процедил Том сквозь зубы, потом кивнул в сторону сада. – Джейми наверняка где-то рядом с водой. Он обожает реки и озера.

Вслед за хмурым Хатауэем они прошли по заросшей тропинке и спустились по каменистым уступам к берегу весело журчащего ручья. Это было идеальное место для пикников: прекрасный пейзаж, открытый солнечный пляж и кружевная тень от ближайших дубов.

Возле кромки воды на большом валуне сидел юноша не старше пятнадцати лет. Он болтал ногами с закатанными по колено джинсами по бегущим струям, не отрываясь от рисования и нанося широкие оранжевые мазки. Под движущейся кистью, будто по волшебству, возникал живой карп. Как и на картинах в галерее, он казался более реальным, чем окружающая действительность.

Том предостерегающе вскинул руку, жестом призывая спутников к молчанию. Он смотрел на сидящего к ним спиной Джейми в явной нерешительности. Первым не выдержал пес. Он понесся вниз по склону со счастливым лаем и запрыгнул прямо на колени увлеченному рисованием художнику, выбив у него из руки кисть.