– Астрид?

Приятно было увидеть хоть одно знакомое лицо. Они вместе работали волонтерами в поместье. Наполовину китаянка, как сама Джоанна, наполовину кенийка, высокая темнокожая девушка отличалась невероятной осанкой, которой позавидовала бы и балерина.

– Что ты здесь делаешь? – запыхаясь, поинтересовалась Астрид, подбегая и бросаясь на шею Джоанне. – Я думала, тебе пришлось вернуться домой к новому учебному году.

Она обняла коллегу, вспоминая, сколько же отсутствовала, и соображая, как лучше ответить.

– Просто пришла в гости. А ты как? Мне казалось… – почувствовав, как изменилась поза Астрид, Джоанна осеклась, заметила в руке у собеседницы шприц и попыталась высвободиться из ее хватки.

Но было уже поздно. Игла вонзилась в кожу, точно укус пчелы. А затем все погрузилось во тьму.

Джоанна очнулась от головной боли, с трудом открыла глаза и обнаружила, что лежит боком на каменном полу. Сердце заколотилось быстрее при виде толстых железных прутьев. Она находилась в тюремной камере, совсем как в одном из своих кошмаров.

Хотя нет, не совсем. Там в воздухе висел смрад болезни и смерти. Здесь же почти ничем не пахло, кроме чистых камней.

Джоанна потрясла головой, пытаясь прогнать туман, окутавший сознание, потом осмотрелась внимательнее, чтобы определить, где оказалась. За решеткой архитравы[7] коридора были украшены знакомым узором: геральдическими лилиями.

Подвал Холланд-Хауса. Когда Джоанна работала в музее, здесь располагались комнаты сотрудников и кухни. Теперь же кто-то превратил одно из помещений в тюремную камеру.

Голова раскалывалась от боли. Когда пленница попыталась коснуться лба, то впервые заметила сковывающие запястья впереди наручники и попыталась освободиться, чувствуя накатывающий страх.

– Привет, Джоанна.

Она резко обернулась. Конечно же, это был Ник. Он стоял в самом углу камеры, опираясь на каменную стену с таким небрежным видом, точно отдыхал. Лишь слегка напряженные плечи намекали на другие эмоции.

– Как твоя голова? – спросил он.

– Немного чересчур, тебе так не кажется? Вся эта стилистика темниц, – сменила тему Джоанна, не желая демонстрировать свою слабость, и порадовалась тому, что комментарий прозвучал спокойно и иронично.

После нескольких попыток нащупать в кармане брошь Мтвали стало ясно: ее вытащили. Значит, к легкому способу покинуть это место прибегнуть не получится. Быстрый взгляд на камеру показал, что других очевидных путей тоже не было: ни окон, ни широких отверстий. Оставалось напасть на тюремщика. Потребуется несколько секунд, чтобы подняться на ноги и еще несколько – чтобы подскочить к Нику. А Джоанна собственными глазами видела скорость его реакции в позолоченной палате.