Когда пленница встала, то сделала еще одно неприятное открытие: от левой лодыжки тянулась цепь, приковывая к стене. Похоже на какие-то средневековые кандалы прямиком из камеры пыток.

– Что это?

Джоанну накрыла волна паники в сочетании с клаустрофобией, внушенной обстановкой. Сначала наручники, теперь еще и кандалы? На секунду вновь вернулось ощущение воплотившегося в жизнь кошмара. Остаточный эффект от седативного препарата только усиливал впечатление: туман в голове не позволял отличить сон от яви.

– Сними это! – прорычала Джоанна, яростно стараясь освободиться, однако цепь снова и снова натягивалась, дергая обратно, словно хищник не желал выпускать добычу.

– Прости, нельзя позволить тебе навредить кому-нибудь. – Ник не пошевелился, но в его глазах промелькнула тень эмоций. Сомнение? Тревога? Он не ожидал, что Джоанна так бурно отреагирует на кандалы. – Я не могу снять их, так как обязан позаботиться, чтобы ты ни к кому не прикоснулась. Пожалуйста, успокойся.

Успокоиться? Она хотела бы посмотреть, как сам Ник повел бы себя в такой ситуации. Эта мысль всколыхнула воспоминания о той записи, где он, привязанный к креслу, окровавленный и избитый, умолял мучителей пощадить его родных.

Джоанна зажмурилась и попыталась восстановить дыхание. Затем подумала об Астрид, которая бросилась к ней сразу же возле входа, точно ждала ее возвращения.

– Ты знал, что я приду?

– Конечно, – кивнул Ник. – Ты же пообещала это сделать, и я тебе поверил. – Он сменил позу и переступил с ноги на ногу. – И каков план? Полагаю, ты здесь, чтобы убить меня.

– Нет, – замотала головой Джоанна. – Нет! Я явилась сюда, чтобы поговорить с тобой.

– Поговорить, – повторил Ник бесстрастно, явно не поверив ей. – И о чем же?

– О тебе.

Он поджал губы, потому что никогда не любил говорить о себе. Джоанна не понимала почему, пока не увидела те ужасные записи.

– Мои люди готовы к любому нападению, – предупредил ее Ник.

Она почувствовала себе уязвленной. Неужели он действительно счел ее способной организовать штурм на музей, полный туристов? Снаружи находились толпы обычных людей. Вот какого низкого он о ней мнения?

Из-за решетки послышался голос Астрид:

– Она не скажет нам правду без посторонней помощи.

Бывшая коллега, занимавшаяся в музее досугом детей, стояла снаружи в напряженной позе и с мрачным выражением лица. Работая волонтером, Астрид показывала маленьким посетителям приемы фехтования на пенопластовых мечах. А в ночь нападения наверняка сражала теми же приемами Оливеров. Интересно, кто-нибудь еще из сотрудников музея является охотником на монстров? Союзником величайшего героя среди людей? Джоанна судорожно сглотнула. Не считая Ника, Астрид была ее ближайшей подругой в Холланд-Хаусе.