– Я говорю правду. Ты же и сам знаешь, что я не могу сейчас обманывать.
– Действие сыворотки, вероятно, закончилось. Выпей остаток воды.
Джоанна почувствовала, как бурлит в животе, и испугалась приступа тошноты, но послушно открутила крышку, сделала глубокий вдох и проглотила содержимое бутылки. Оно неприятно заплескалось в желудке.
Растворенный в воде препарат подействовал даже быстрее, чем первая доза. В этот раз ощущение потери контроля над собственным разумом стало еще сильнее. Джоанна едва сдерживалась, чтобы не начать выкладывать Нику даже то, о чем он не спрашивал. Чтобы рассказывать все, что приходило в голову.
– Тебя… тебя превратили в героя по прихоти монстров. – Слова теперь теснились во рту, торопясь вылиться наружу сплошным потоком, заставляя запинаться. – Они убили твоих родных… создавая мотив ненавидеть нас. А затем… – Джоанна замялась, потому что далее следовали ее предположения. – Затем тебя обучили, как определять монстров. Показали все их уязвимые места. – По лицу Ника она видела, что попала в точку. – Но ты долго сопротивлялся, потому что не хотел становиться убийцей. Тем подонкам пришлось повторять попытки снова и снова, пока не удалось тебя сломать.
– Нельзя изменять уже случившиеся события, – возразил Ник. – Хронологическая линия этого не позволит.
– Я говорю правду! – с отчаянием выпалила Джоанна. – Ты знаешь, что сыворотка не позволила бы мне солгать. – Он должен, должен ей поверить.
Ник одним плавным движением поднялся на ноги, быстрый, сильный, смертельно опасный. Закованная в кандалы девушка помимо воли отпрянула, прошептав:
– Пожалуйста, поверь мне.
– Пожалуйста? – холодно повторил Ник. – Именно так, скорее всего, тебя умоляли жертвы возле Букингемского дворца.
– Нет, – с отчаянием пролепетала Джоанна.
– Конечно нет, – согласился он. – Ведь они даже не знали, что кто-то крадет у них жизнь.
Сердце оборвалось. Все кончено. Ник сейчас убьет ее.
Но вместо того, чтобы приблизиться, он сделал шаг назад. И еще один. Затем, не говоря больше ни слова, открыл дверь камеры, вышел и запер ее за собой. Сначала на ключ, потом задвинул тяжелый засов. Почувствовав панику от нового приступа клаустрофобии, Джоанна выкрикнула:
– Ник!
Но он уже исчез из поля зрения и неизвестно, слышал ее или нет.
В любом случае, действие сыворотки до сих пор вынуждало говорить. Как же обойти эту необходимость, эту потребность? Джоанна зажмурилась и попыталась просто