— Мне вас очень жаль.

— А вот это лишнее, — теперь уже он погрозил ей пальцем. — Меня не надо жалеть. Мне не больно, и я нахожусь в зоне своего комфорта. Я хочу подняться на новый уровень, только и всего. Но пока не придумал, как это сделать. Но… знаешь, что я тебе скажу? Иногда я завидую вам. Вы — пароходы.

— Что-что? — удивилась Аннабель и брови ее взлетели.

— Первые корабли с паровой машиной. Вы еще не доведены до ума. Еще кажетесь неказистыми. Но у вас впереди большое будущее. А мы — парусники. Прекрасные с виду… чудовищно сложные со всем своим такелажем, парусами и мачтами, но достигнувшие своего потолка. Мы зашли в тупик. Я давно установил себе чип в руку. Но с него разрешено решать только мелкие задачи: открывать замки дома или в офисе, оплачивать проезд в метро или покупать что-то в кафетерии. Но я хочу большего. Напечатанное сердце может переносить инфаркт так же, как настоящее, и так же страдает от разочарований. И все тело испытывает боль — пока остается биологическим мозг. Но если искусственным сделать и хранилище разума… это будет как с убитым нервом зуба. Удалить, чтоб не было больно никогда. Власти… те самые, которым я служу, не разрешают людям модернизировать себя. А думаю, что надо заменять не только то, что устарело физически. Но и то, что устарело морально. Я верю, что всю человечность можно оцифровать и перевести в байты.

Она посмотрела на него так, будто слова заставили ее задуматься.

— Твои слова говорят о пережитых разочарованиях.

— А что такие как ты могут понимать в разочарованиях?

Но Гарольду иногда казалось, что она понимает больше, чем говорит. Что она уже чувствует, а не изображает чувства. Хоть и была пометка мелким шрифтом в мануале, что перед ним, в коробке, которую он когда-то распаковал — автомат, наделенный псевдо-ИИ. «Внимание! Настоящим разумом изделие не обладает!». Эта строка появилась после нескольких жалоб и судебных процессов, когда люди искреннее возмущались, что роботы не испытывают к ним ответных чувств, а некоторые, следуя духу англосаксонской культуры, сразу подавали в суд на производителя. Вот те и подстраховались.

Странно, что еще никому не пришло в голову подать в суд на живого партнера по тому же поводу.

Настоящий ИИ обещали уже пятьдесят лет, но, как и с полетами к звездам — что-то у господ ученых не клеилось. Синохара был достаточно образован, чтобы понимать суть проблемы, но все последние наработки были засекречены даже от него. И все же — если бы был успех — о том бы узнал весь мир.

Аннабель молчала, и он залюбовался ее точеным профилем. Если смотреть на нее сбоку или со спины, ее легко можно было принять за обычную женщину. Базовая модель этой подсерии, «Матильда» под номером восемь, которую он заказал себе на день рождения в сетевом магазине “JohnDonShop”. Когда ее только привезли в коробке, она имела среднеевропейскую внешность и худощавое телосложение. Рост выше среднего. Но все, кроме длины «скелета», можно было модифицировать (дополнительные позвонки тоже можно было вставить, но это требовало полной разборки). Многие владельцы-мужчины обычно сразу увеличивают грудь и делают пошире бедра, но он не стал этого делать.