– Где ты был, Танатос?

От негромкого, наполненного силой голоса, даже у Софи невольно мурашки пробежали вдоль позвоночника. Танатос тоже дрогнул, но прямо посмотрел на Гадеса:

– В Вегасе. Отличный город, между прочим, тебе стоит там побывать. Может, научишься развлекаться.

– Ты должен приходить, когда я зову.

– А ты должен защищать тех, кто тебе доверяет!

Гадес молчал, и Танатос вскинул брови – движение, которое Софи однажды видела у Стива-Гипноса, близнеца Танатоса, так что теперь это выглядело по-своему жутко.

– Я знаю, что случилось с Гипносом. Его заставили пойти на предательство, и он никак не может себя простить. Когда ты с ним последний раз говорил? Или был слишком занят для этого?

Гадес молчал. Его сила как будто схлынула, схлопнулась в нем самом.

– Гипнос тебе доверяет, – продолжил Танатос. – А я предпочитаю сам о себе заботиться. Так что хочешь отчет – катись в бездну.

– Ты все еще мне подчиняешься, – глухо сказал Гадес.

– Пора учредить профсоюз.

Внезапно Танатос улыбнулся, хотя эта улыбка больше походила на оскал:

– Ты слишком увлекся, Гадес, и не видишь того, что у тебя под носом. Ты стал слишком слаб. И нам приходится самим о себе заботиться.

Он поднялся и протянул руку Гекате. Она изящно вложила пальцы в его ладонь и поднялась гибким движением змеи – или ядовитой лозы.

– Еще увидимся, – улыбнулась Геката.

Софи думала, что находиться в комнате с этими двумя ужасно. Но когда они вышли, то оказалось, что без них еще хуже. Софи не знала, что сказать и как себя вести.

– Они замешаны в этом, – сказал Гадес. – Они оба хотят власти, и у них достаточно сил ее заполучить. Но мы ничего не докажем.

– Аид, я не знаю, врет она или говорит правду. Я думаю… это может быть правдой.

Это фраза была одной из самых сложных в ее жизни – по крайней мере в той жизни, которую Софи помнила. И говорила она вовсе не о том, замешаны или нет эти двое в убийствах.

– Аид…