— И у меня, но ты мне не сможешь ответить. Но я, может быть, отвечу на несколько твоих. Во всяком случае, попытаюсь.

— Я не сплю, — прошептала Крапива. — Рог думал, что сплю, но я только делала вид, чтобы он поспал. — Рог взял ее руку. — И у меня тоже есть вопрос.

— Сначала заверение, — сказал им Шелк. — Вы даже не понимаете, насколько нуждаетесь в нем. Совершенно невероятно, что генералиссимус Сиюф вас казнит или даже посадит в тюрьму. Хоссаан — это настоящее имя Бекаса, он из Тривигаунта — знает, что ты и Рог работали во дворце и помогали Моли. Кроме того, вы едва вышли из детского возраста. Сиюф — жесткая женщина, но не жестокая, судя по тому, что я видел; и она не снискала бы у подчиненных такую преданность, какой располагает сейчас, если бы она была жестокой. Я могу только догадываться, но мне кажется, что вас допросят и отпустят.

— Есть что-нибудь такое, о чем нам нельзя говорить? — спросил Рог.

— Нет, расскажите ей все. Никакие ваши слова не могут принести вред Гиацинт, Моли или мне. Или патере Прилипала, патере Наковальня и даже Пауку. И никакие ваши слова не могут повредить вам самим. Чем лучше они поймут ваше место во всем этом, тем более вероятно, что вас освободят, как только они узнают от вас все, что им требуется — или мне так кажется.

— Не значит ли это, — шепотом спросила Крапива, — что мы потерпели поражение, патера?

— Конечно, нет. Я не уверен, но, похоже, ты спрашиваешь или боишься, что мы потерпели поражение как люди…

— …брошенные богами.

— Нет, — твердо сказал Шелк. — Сколько вам лет?

— Пятнадцать.

— Я на восемь лет старше. Огромная разница для меня и, несомненно, для вас. А как она проявляется для Его Святейшества, как вы думаете?

— Никак, — сказал Рог. — Его Святейшество уже был стар, когда мы родились.

— И когда я. А теперь подумайте, какими молодыми мы должны казаться Пасу, построившему виток — или Внешнему, который создал из грязи наших прародителей на Витке Короткого Солнца. — Шелк замолчал, слушая медленные шаги часовых снаружи и негромкий храп Прилипалы.

— Так как нас создал Внешний, давайте начнем с него. Я никогда не видел его, только во сне, и даже тогда я не видел его лица, во всяком случае, отчетливо; но он видел меня с самого начала — на самом деле до моего начала. Он знает меня лучше, чем я знаю себя, и выбрал меня для выполнения одного маленького поручения. Я должен был спасти наш мантейон от Крови.

Сейчас Кровь мертв. Мускус, зарегистрированный владелец, которого я считал даже хуже Крови, тоже мертв. Патера Прилипала стал новым авгуром на Солнечной улице, и я могу сказать: поручение, которое мне дал Внешний, выполнено. Вы оба помогли мне, и, я уверен, он благодарен вам, как и я.