Вчера начался месяц апин-ду-а, время смены полей. Мудрые законы Шумера велят собирать урожай дважды в год, но в одну его половину сеять на одном поле, а в другую — на втором, оставляя первое под паром. В месяц апин-ду-а земплепашцы идут трудиться в другом месте, а маги проводят ритуал Изгнания Соли.

Креол тоже иногда этим занимался, но сейчас не его очередь. В этом году соль с полей изгоняет его добрый сосед — Мешен’Руж-ах. Тоже магистр и в скором будущем наверняка архимаг, потому что несмотря на свою ублюдочность, чародей он сильный.

— А что мы вообще будем делать в Вавилоне?! — воскликнул Хе-Кель, перекрикивая ветер.

— Кутить, — укоризненно ответил Шамшуддин. — Что ты какие глупости спрашиваешь? Разыщем Хиоро и будем гулять.

— А Хиоро в Вавилоне?!

— Вот и узнаем!

— Держитесь там крепче! — повернул голову Креол.

Перед мордой Крысы-В-Камне вздулся воздушный щит. Как и любой скоростной летательный артефакт, она обладала защитными чарами — иначе бы седока просто снесло ветром. Земля внизу побежала быстрее, крылатая статуя жадно пожирала пространство, делая по две, а то и три тысячи сосов в час!

Уже минут через сорок впереди показался Вавилон.

Вавилон!.. Балих не видал его уже полтора… нет, уже год и восемь месяцев! Он и забыл, какой он громадный, какой величественный, как грандиозны его зиккураты и особенно храм Этеменанки!

Ученик мага родился в величайшем городе на земле, но прежде не осознавал этого, думал, что весь мир подобен Вавилону. Ан нет, оказалось, что мир огромен, но большая его часть — равнины да холмы, пашни да пастбища, великая пустыня да могучая река Евфрат. Балих много этого повидал, пока они с учителем ехали из Вавилона в Ур… тогда у них не было летающей колесницы, и путь занял аж шесть дней.

Но теперь-то уж — и-и-и!.. В ушах заложило, когда Крыса-В-Камне ринулась вниз, увлекая за собой повозку. Шамшуддин закричал, загоготал, придерживая ее телекинезом, не давая дряхлой колымаге развалиться в ураганном потоке.

Маги завалились в один из лучших питейных домов — «Хвост лахамму». Держала его почтенная госпожа Тгенду, сосуды амам и блудницы всегда были чистые, а пиво и сикера не разбавлялись. Трех магистров встретили, как драгоценных гостей, к ним приставили отдельную подавальщицу, и юный Гвебе сразу одарил ее той же улыбкой, которой покорял красавиц его отец.

— Не позвать ли господам лучших кар-кида? — предупредительно спросила хозяйка, когда на столе закончилось место. — А то флейтистов или сказителей…

— У нас тут свой сказитель, — хмыкнул Креол, пихая в бок Балиха. — Ученик, встань на середину и отвечай урок.