— Он действительно пытался, Анита, — сказал Питер.

Донна и Дикси смотрели на всех нас.

— Что, черт возьми, происходит? — Спросила Дикси.

Эдуард проигнорировал их обеих и заговорил со мной.

— Спасибо, что согласилась на эту ложь, Анита. Я знаю, что это беспокоило тебя, и я знаю, что ты считала нелепым признаваться в том, что у нас был роман только для того, чтобы Донна вышла за меня замуж.

— Нелепо было распространяться об этом.

Он улыбнулся, но глаза его оставались усталыми и печальными.

— Нет, — сказала Дикси. — Тебе не удастся так легко выкрутиться из этой истории.

— Мы не можем выкрутиться из той ситуации, в которой изначально не были, — сказала я

— Но ты все еще связан с Анитой в своей работе, Тед.

— Я не могу изменить свою работу, Донна.

— Но на нашей свадьбе, Тед, участвовать в расследовании дела на нашей свадьбе.

— Мы еще не участвуем, нас просто допрашивают, как и почти всех в отеле.

— Но если вас попросят помочь в этом деле, вы это сделаете. Я знаю, что ты это сделаешь.

— Я люблю тебя, Донна. Мне нравится, что ты держишь свое сердце нараспашку, но я ненавижу, когда ты позволяешь своим чувствам подавлять тебя до такой степени. Я признаю, что это две стороны одной медали, что, возможно, ты не можешь быть настолько искренней и заботливой, если только твои эмоции не управляют тобой, но я позволил тебе манипулировать мной в безвыигрышной игре. Я побеждаю, Донна, я всегда побеждаю, но только не с тобой. Я позволил тебе побеждать во многом. Я должен был просто придерживаться правды и продолжать жить вместе, но у меня возникла эта дурацкая идея, что я хочу жениться на тебе. Я хотел стать законным отцом для Питера и Бекки. Я хотел вместе с тобой оказаться за белым штакетником, довольно лгать, довольно притворяться, что я тот, кем не являюсь, я бы никогда не завел роман, никогда не обманул бы тебя и нашу семью таким образом. Но сейчас речь идет об эмоциональном обмане. Я даже не знаю, что на это ответить, Донна. Я уступил в этой дурацкой интрижке, и теперь ты думаешь, что я уступлю, если ты будешь давить достаточно сильно. Ну, я этого не сделаю, не могу.

— Тед, — сказал Питер, — не надо, пожалуйста, не надо. — Питер выглядел так, словно готов заплакать.

Эдуард сжал его руку.

— Мне очень жаль, Питер, так жаль, как я никогда ни о чем не жалел.

— Нет, — сказала Донна и заплакала. — Нет, не надо… Я люблю тебя. Я люблю нашу семью. Я люблю то, что мы создали вместе.

Эдуард посмотрел на нее, его лицо все еще было пустым, как будто он отбросил все свои эмоции, чтобы никто не мог их увидеть. Если ты контролируешь свое внешнее поведение, то иногда можешь почти притвориться, что контролируешь свои внутренние чувства; почти.