Он начал двигаться вперед. На ходу я не могла смотреть ему прямо в глаза, но мне и не нужно было. Я знала, что он идет по запаху, вычленяя его среди прочих, которые не имели отношения к Денни. Мой мозг не мог разобрать, что именно происходит, но я доверила эту задачу нашим с ним леопардам — они разберутся. Мне удалось нацепить очки обратно, после чего я смогла ответить Эдуарду.

— Натэниэл говорит, что асфальт и машины мешают ему разобрать след Денни, но он уже справился с этим.

— Вы пошли по траве потому, что там ему проще ориентироваться по запаху?

— Нет, у него лапы горят. По траве идти легче.

Эдуард тронул меня за плечо.

— Анита, ты нужна мне здесь и сейчас, а не потерявшейся в голове леопарда.

— Я уже в норме, Эдуард. Мы в норме.

Никки подошел ко мне и предложил свою руку. Сам он не коснулся, оставив выбор за мной. Я тронула его обнаженную кожу свободной от поводка рукой. Винтовка больно ткнула меня, потому что я больше не придерживала ее рукой. Но в тот момент, когда я коснулась Никки, мне удалось внутренне стабилизироваться. Натэниэл потерся об мою ногу, и комбинация прикосновений от них обоих еще больше прояснила мое сознание.

— Никки, останься рядом.

— Как пожелаешь. — Ответил он. Одну руку он держал на моем плече, а другой придерживал свою собственную винтовку, так что мы уже не слишком походили на толпу штурмовиков на флоридском солнцепеке, идущих по следу во главе с гигантским леопардом.

Натэниэл подобрал след на краю парковки. Мы приблизились к одной из машин и мой желудок рухнул в пятки. Натэниэл потерся о багажник, оставляя на нем метку. Он был рад — я это чувствовала, но мой разум воспринимал происходящее иначе. Машина казалась пустой, но я не могла разобрать, что там внутри, да и не очень-то хотела. На улице было почти девяносто градусов по Фаренгейту (32 по Цельсию — прим. переводчика), а в машине наверняка еще больше. Трупы на жаре выглядят очень плохо. Я не хотела видеть тело Денни таким. Я не могла ручаться, что эта картина не будет преследовать меня в кошмарах, и я не хотела, чтобы ее видел Натэниэл. Проклятье, да никто из нас не должен был этого видеть, но Натэниэл не коп — он просто выполняет разовое задание. А еще я боялась представить, что будет с Бернардо, когда он увидит труп Денни.

Я отдала поводок Никки и велела им обоим отойти.

— Из багажника ничем плохим не пахнет. — Сказал Никки.

— Ты в человеческой форме. Ты можешь просто не чувствовать этого. — Ответила я.

— Ладно, ты чувствуешь запах трупа?

Я заставила себя подумать об этом, и, наконец, ответила: