— Черт, им не скрыть этого ребенка. — Сказала я.

— Вот именно.

Автомобиль с местной полицией остановился на нашей стороне дороги. Тиберн крикнул:

— Блейк! Вы идете?

Я отстранилась от телефона и прокричала в ответ:

— Иду! — После чего вернулась к разговору с Микой, уже направляясь к машине. — Ладно, черт, спроси их, нет ли кого-нибудь, кто мог бы поговорить с нами в ресторане. Мы уже в пути.

— Я постараюсь кого-нибудь найти. — Ответил он.

— Люблю тебя. — Сказала я.

— Я тоже тебя люблю. Передай Натэниэлу, что и его я люблю, и Никки тоже. И будьте осторожны.

— Обязательно будем. — Ответила я.

За рулем была детектив Далтон. Рядом с ней ехал Никки, так что я пристроилась на заднем вместе с Натэниэлом, который тут же развалился поперек моих колен, как большая домашняя кошка. Остальные ехали с Тиберном. Мы включили мигалки с сиренами и отправились в путь. Поскольку Тиберн в прошлый раз чуть не угробил меня, я была рада, что нашу тачку ведет Далтон.

60

60

На парковке «Херби», как и в прошлый раз, было не протолкнуться. Только в этот раз половина автомобилей принадлежала полиции со всей Флориды. Тиберн припарковался так, что заблокировал две машины посетителей ресторана, но выбора у нас не было. Он вышел из машины и подошел к нам. Далтон опустила окно прежде, чем он попросил ее об этом.

— Маршал, вы со своим другом оставайтесь вне поля видимости, пока я не объясню людям, что вы участвуете в расследовании.

Я почесала макушку Натэниэла у себя на коленях. Он пристроил на моих ногах только голову, но я знала, что он чертовски тяжелый. Он начал урчать. Люди думают, что леопарды не умеют урчать, но это не так. Суть в том, что они урчат только на выдохе, в отличие от домашних кошек, которые могут делать это и на вдохе. Натэниэл урчал, свернувшись у меня на коленях, как довольный кот, и я позволила себе насладиться этим моментом. Дерьмо случается, хорошие вещи — тоже, и если вы не получаете удовольствие от хорошего, плохое сожрет вас с потрохами. Как говорил Питер Пэн: «Думай о хорошем и ты сможешь летать».

Никки развернулся к нам. Его лицо было таким серьезным, что казалось почти мрачным.

— Мило смотритесь. Если бы я не охранял ваши задницы, то улыбнулся бы.

— Не будь Натэниэл в животной форме, и если бы Мику это устроило, мы бы вернулись в отель и могли бы побыть милыми вместе. — Сказала я.

— Мы втроем обычно не занимаемся такими вещами. — Заметил Никки.