Феникс поцеловала меня так, будто хотела забраться ко мне внутрь через рот. В какой-то момент я ей даже ответила. Мы обе были лишь руки и ладони, но вот ее тело, наконец, оказалось на столе, а я нависла над ней. Мои ноги все еще касались пола, а вот ее сомкнулись на моей талии. Будь я мужчиной, мы бы уже прошли точку невозврата, но для двух женщин заняться быстрым сексом не так просто. Секс между двумя девушками больше про прелюдию, чем про трах. Я замешкалась, пытаясь понять, как доставить ей то удовольствие, которого она хотела, и это помогло мне вернуть контроль над собой — как минимум для того, чтобы выпрямиться и прекратить вжимать ее в стол. Потом я увидела Ньюмана — у него в руках был поднос с нашей едой. Он уставился на меня так, будто у меня вторая голова выросла — уродливая такая, — или вообще какая-то отдельная часть тела, как у какого-нибудь монстра.

— Твои глаза, Блейк. — Произнес он. — Что у тебя с глазами?

Я опустила взгляд на женщину, лежавшую передо мной на столе — ее ноги все еще обнимали меня за талию. Помада размазалась у нее по лицу, как макияж готического клоуна, а глаза будто сияли. Но это были не ее глаза, а мои. Я видела их у нее в глазах — они, как коньячные бриллианты, отражали тот сияющий свет, которого никогда не было в этом зале.

61

61

Я высвободилась из объятий Феникс, чтобы нацепить свои солнечные очки. Ньюману я сказала:

— Помоги мне от нее избавиться.

Он поставил поднос с едой на ближайший столик и поспешил мне на помощь. Я накинула ему за это пару очков. Я знаю, что некоторые маршалы из числа людей отказались бы прикасаться к Феникс или ко мне после того, как увидели бы мои горящие глаза. Он помог мне избавиться от нее, не навредив ей, а это было гораздо сложнее, чем звучит. Она продолжала твердить:

— Нет, нет, пожалуйста, не останавливайся! Пожалуйста! — Феникс вырывалась из рук Ньюмана — не потому, что хотела врезать ему, а просто потому, что хотела дотянуться до меня. Я не очень хорошо понимала, что именно я с ней сделала, так что понятия не имела, как это исправить. Это было похоже на ardeur, который кормится любовью и желанием, но оно должно было прекратиться в тот момент, когда она прекратила касаться меня или смотреть мне в глаза. Почему оно все еще действует на нее?

Мой живот так скрутило от голода, что я буквально сложилась пополам. А, вот почему. Я направилась к столику, на котором Ньюман оставил нашу еду, и взяла свой гамбургер. Не самый лучший бургер на свете, но в нем есть белок, и это первое, что я ем сегодня после завтрака, со времен которого прошло уже порядка семи часов.