— Я не прав? — Уточнил он.

Я вздохнула и привалилась к стене. Ладно, может, я скорее упала на нее, чем привалилась к ней. Просто я так устала от всего этого. Ну разумеется я не играю на грани настолько жестко, чтобы удовлетворить сексуального садиста и серийного убийцу. В смысле, я, конечно, играю грубо, но не настолько же.

— Ладно. Я не могу спорить с тем, что будет разумно собрать как можно больше информации.

— Так я могу ответить на вопросы Олафа или нет? — Спросил Никки.

— Можешь, но не при такой толпе народа. Миллигану и Кастеру незачем знать такие подробности о моей интимной жизни.

— Ну-у. — Попытался надуться Кастер, но его улыбка все испортила.

— Хватит, Пуд. — Вновь осадил его Миллиган.

Кастер заткнулся, но его улыбка никуда не делась. Думаю, я могу его игнорировать, если он будет молчать.

— Итану такие штуки не нравятся, как и Пьеретте. — Заметила я. — Думаю, они бы тоже не хотели слушать детали.

— Я твой телохранитель. Я буду делать свою работу. — Возразил Итан.

— Как и я. — Добавила Пьеретта.

— Ладно, но я не уверена, что могу обсуждать это при такой толпе. — Сказала я.

— Давай я начну перечислять, а ты меня остановишь, когда посчитаешь нужным? — Предложил Никки.

— Я бы хотела, чтобы отсюда ушли все, с кем я не сплю.

— Я дал слово, что никому не причиню вреда, если мне его не причинят. — Напомнил Олаф.

— Это он так намекает, что Миллиган и Кастер могут подождать за дверью или в другой комнате. — Пояснил Эдуард.

— Я в курсе, на что он намекает. — Буркнула я, и мой голос прозвучал раздраженно даже по моим меркам.

— Ей нравятся игры с дыханием. — Начал Никки.

— Данная практика не представляет для меня интереса. — Сказал Олаф.

— И мы должны перегруппироваться прежде, чем этот список продолжится. — Встряла я.