Эйнжел с улыбкой вскинула руку.

— Я был верхним у Эйнжел и Аниты вместе с Натэниэлом. — Пояснил Никки.

— Я правда не хочу вдаваться в детали перед всеми, кто здесь присутствует. — Сказала я, пытаясь не вспыхнуть до кончиков ушей, но эта штука непроизвольная, так что я проигрывала.

Никки послал мне улыбку.

— Тебя так смущает то, чем ты наслаждаешься в подземелье.

Я кивнула.

— Ага. Жесть как смущает.

— Я был уверен, что Натэниэл — убежденный сабмиссив (подчиненный, противоположность доминанту — прим. переводчика). — Удивился Олаф. — Даже что он — шлюха боли.

— Он может ею быть. — Согласились мы с Никки в один голос и переглянулись с улыбками.

— Ты хочешь сказать, что у тебя был секс с Натэниэлом? — Уточнил Олаф.

— Думаю, это он тебе, Никки. — Предположила я. — Он в курсе, что я с Натэниэлом.

— А может и мне. — Сказала Эйнжел.

— Я предполагал, что ты занимаешься сексом с мужчинами в Сент-Луисе. — Заметил Олаф.

Она посмотрела на него и вскинула брови.

— Ну не со всеми же. Даже у меня есть свой предел.

— Да уж, и у меня. — Поддакнула я.

Эйнжел ухмыльнулась в мою сторону, полная довольного ехидства.

— Мы просто не можем спать со всеми.

Я покачала головой.

— Я знаю, что не могу.