Лицо ее снова принимает нормальный вид, и она хихикает.

— У тебя была такая рожа, что мне захотелось разрядить обстановку.

Да уж, она со своей копией Консуэлой как день и ночь.

— Отлично! Но ты так и не сказала, ради чего затащила меня сюда, — я в очередной раз возвращаюсь к оставленной теме.

Улыбка Ситалы меркнет. Теперь на ее лице написано нескрываемое вожделение.

— Я тебе говорила про тело. Чтобы порвать с Консуэлой, помнишь?

Я киваю.

— Так вот, я хочу, чтобы ты его создал, — ее глаза вспыхивают надеждой.

— Я?! Леди, я музыкант, а не скульптор.

Она трясет головой:

— Но в тебе огромный потенциал созидательной магии. Сначала я хотела попросить мальчика — Томаса. Поэтому-то я и подсунула ему заколдованное перо. Хотела пробудить в нем шамана. Магия его сильна и с каждым годом будет становиться все действеннее. Но он еще даже не начал учиться ее использовать. Пройдет время, прежде чем он будет готов. А мне ужасно надоело ждать. И еще меня пугают дурные воспоминания Консуэлы…

— Раз тебе требуется действенная магия, обратись к Морагу.

— Это, конечно, выход. Но он попросит об ответном одолжении.

— А с чего ты взяла, что Томас или я — бессребренники?

— Понятия не имею. Но о какой бы услуге любой из вас ни попросил, уверена, у меня она затруднений не вызовет. А вот Морагу… Этот наверняка захочет, чтобы я раз и навсегда примирила племя. Закрыла казино и все остальное.

— И что же в этом плохого?

— У всего есть свое предназначение. Сейчас многие полагают, что Сэмми Быстрая Трава раскалывает и разрушает племя, но скоро придет время, когда именно он вновь воссоединит кикими. Он и Томас.

— Ты вправду считаешь, что он изменится просто по доброте душевной?

— А с чего ты взял, что и теперь им не движут благие намерения? — отвечает Ситала вопросом на вопрос.

— Да его интересуют только деньги! И возможность потешить себя любимого. А на обычаи собственного племени ему просто наплевать.