— А мне и не надо было чего-то осваивать! — объяснила она. — Все движения уже жили у меня здесь, — Сантана положила руку себе на грудь. — Тетушка сказала, что мне нужно всего лишь достучаться до самой себя, потому что все женщины нашей семьи умеют танцевать с самого рождения. Ная сразу поняла, что я имею в виду.

Наверное, прием хорош и для него. Раз он родился с шаманским зрением, надо научиться им пользоваться. Включить его, словно хитроумный механизм. Прозреть, так сказать… А как это сделать?

Консуэла нисколько не сомневалась в его способностях. Как и его покойная — в ином мире, напротив, живая и бодрая — тетушка Люси. Но проблема заключалась в том, что Томас не знал, что он должен увидеть.

Единственной реальностью, когда он рассматривал лицо Стива и пытался пробиться к тому, чего и сам не понимал, было воронье перо: оно само, а еще траектория и ритм его движения.

«А все-таки странно, — подумал вдруг парень, — что Ситала, решив во что бы то ни стало пробудить меня, подсунула мне в карман заколдованное воронье перо, а не одно из вороновых Консуэлы». Впрочем, она могла исходить из того, что судьбы ворон из Желтого каньона и членов семей Кукурузные Глаза и Белая Лошадь тесно переплетены между собой.

Вороны — долговязые темноволосые парни с плавающей над плечами пернатой аурой, то попадавшиеся на горных тропах и в каньонах, то забредавшие в резервацию поработать на строительстве или просто поболтать у крыльца, или сами чернокрылые птицы, которые наведывались к Тетушке, восседали на кактусах или крышах построек и оглашали окрестности своими пронзительными песнями, — крутились у его дома всегда.

От ворон мысли Томаса перетекли к сказаниям. В Расписных землях об этих птицах ходило бесчисленное количество историй, однако парню больше всего нравились сказки про Старика-Ворону, действие которых происходило то в каньонах, то в мире духов. Ребятня, посещавшая Центр общины, тоже их обожала. Томас как раз этим и занимался в Центре — читал и иногда пересказывал детям сказки, большую часть которых слышал от Тетушки, а некоторые — от Рувима и Пити Жожоба.

— Некоторые племена, — как-то обмолвилась Тетушка, — рассказывают сказки только зимой.

— Почему же мы их рассказываем круглый год? — поинтересовался тогда он.

В ответ старуха постучала костяшками пальцев ему по голове:

— Потому что черепа детей кикими такие толстые, что им приходится повторять сказки по нескольку раз, чтобы они хоть что-то усвоили из них.

Вот и у него толстый череп. Ведь каждый знает, что сказки эти поучительные. Какими бы неправдоподобными и загадочными они на первый взгляд ни казались, стоит в них разобраться, и сразу поймешь, как прожить хорошую жизнь. Томас вспомнил свою любимую, «Девушка с каменным сердцем».