— И это ужасно грустно, — произнес он.

— Ты всегда можешь навестить меня здесь, — пожала плечами тетя Люси.

Томасу хотелось спросить у нее, является она лишь воспоминанием или все-таки настоящей женщиной, но он понимал, что даже если и получит ответ, вряд ли его поймет. Мысль об одновременности прошлого, настоящего и будущего категорически не вмещалась в его голову. Потому парень поинтересовался:

— А это правда, что ты обучала магическим приемам Рамона Морагу?

— Ах, Морагу. Он покинул Расписные земли жеребчиком, а вернулся матерым конягой. Не могу сказать, что я причастна к его трансформации, но после его возвращения, пожалуй, помогла парочкой советов.

Томас собрал остатки подливы в миске кусочком лепешки и запил водой. Когда он снова поднялся, тетя Люси не остановила его.

— Может, и мне какой совет напоследок дашь?

Женщина обошла вокруг стола, обняла парня.

— Разницу между хорошим и плохим ты знаешь, — сказала она, отступив на шаг. — Полагайся на это и отстаивай то, во что веришь. Тогда все будет хорошо.

Томас кивнул.

— Я рассказал тете Лейле, что встречался с тобой. Она даже не удивилась.

— А чего ей удивляться?

— Ну, потому что… А, ладно, оставим.

Тетя Люси сказала что-то еще, но этих слов Томас уже не разобрал. Пустыня внезапно поблекла, и парень оказался у себя дома — он сидел на кровати, спустив ноги на пол. Полностью одетый. В окно вовсю светило солнце. Томас глянул на свои кроссовки. Они были покрыты налетом пыли, причем не красной, цвета почвы в Расписных землях, а бурой. Цвета земли во дворе тети Люси.

И это сбивало с толку, мягко выражаясь.

Все еще недоумевая, парень спустился в кухню и увидел, что Сантана собирается выйти из дома. Заслышав его шаги, девушка обернулась.

— Ты куда собралась? — спросил он.

— За Тетушкой.

— А она-то куда подевалась?

Как правило, старушка выбиралась из дому, только если ее кто-то подвозил. В своем возрасте она вполне довольствовалась долгими посиделками на крылечке со своими воронами.