Серый песок, черные скалы, колеблющиеся столбы горячего воздуха над ними. Илка чувствовал себя ужом на сковородке. Куртку пришлось снять и обвязать вокруг пояса, глаза слезились, в горле жгло, будто его забили едучим перцем. В довершение всех несчастий крайн пытался идти как по ровному, то есть почти бегом. Правда, при этом то и дело бурчал себе под нос. Мол, ему всегда казалось, что законы против горных разбойников слишком строги, а теперь он в этом уверен: хождение по такой тропе само по себе хуже всякой казни.

Все это продолжалось очень долго. Илка устал до такой степени, что солнце виделось ему черным упругим шаром, то и дело с силой бьющим по черепу. Варка тоже дышал как загнанный, а крайн все время хватался за раненый бок.

– Так, – неожиданно выдохнул он, остановившись в щели между грудой беспорядочно сваленных обломков породы и утесом, вершина которого терялась в небесах, – кажется, это здесь.

– Кажется? – испугался Илка, давно решивший, что они заблудились. Утес, возле которого остановились три путника, ничем не отличался от всех прочих. – Вы что, здесь никогда не ходили?

– Я здесь летал, болван! – Крайн закашлялся и, уронив сумку к ногам, извлек из нее фляжку с водой.

Пять минут все сидели в душной тени между камнями, передавали друг другу фляжку. Вода очень быстро кончилась, и вместе с ней иссякло терпение крайна.

– Ну что, отдохнул? – вопрос был обращен к Варке.

– Нет, – честно сказал Варка, но крайн, покопавшись в сумке, уже завязывал вокруг его талии тонкий прочный шнур.

– Туда залезть сможешь?

Варка, задрав голову, осмотрел корявый, весь в сколах и трещинах бок утеса.

– Докуда залезть?

– До верху.

– А что там, наверху?

– Лучше, чем здесь. Тебе понравится.

– Щас, – сказал Варка, – еще минуточку.

– Там вода, – искушающе прошептал крайн, – целый водопад. Хочешь – пей, хочешь – купайся.

Варка вздохнул и начал снимать башмаки. Отвязал от пояса куртку, подумал и стащил через голову рубашку. Перетянул покрепче волосы, чтоб не мешали, и, почесав нос, шустро полез вверх.

Илка от зависти даже поморщился. Хорошо хоть, прекрасный принц дома без рубашки не ходит. А то бы курицы вовсе ума лишились. Крайн тоже глядел на костлявого бледнокожего Варку и тоже морщился. Однако, похоже, по другой причине.

* * *

Сначала Варка лез бодро, хотя скала при каждом прикосновении обжигала и солнце пекло беззащитную спину. Сам по себе подъем был не таким уж трудным. Всегда было куда поставить ногу или за что зацепиться. Иногда он почти шел по наискось выступающей жиле или удобному сколу. Потом на пути вверх встретилась широкая трещина, в которой он решил немного передохнуть. Уселся, удобно опершись спиной и коленями, прикрыл глаза. Это оказалось ошибкой. Тело, над которым жестоко издевались уже второй день, внезапно взбунтовалось. Живот свело до потери дыхания, ноги согнуло жесточайшей судорогой. Варка уперся лбом в стену расселины и тихо завыл.