В тоне Зандера чувствуется нотка горечи.

– Но мой отец был далек от совершенства, и он совершал много ошибок. Одной из них была вера в то, что Эдли – другой. К сожалению, многие разделяют его веру в то, что смертные существуют исключительно для нашего выживания. Мой отец дал Эдли слишком много времени и свободы действий, чтобы сделать илорианцев богатыми и, следовательно, преданными ему. Они не заинтересованы в том, чтобы жертвовать своим богатством ради моих планов. Я для них угроза. И хотя было время, когда Эдли можно было легко снять с занимаемой должности и избежать ситуации, в которой мы оказались, но это время прошло. У него слишком много ярых сторонников.

Я слышу страсть и разочарование в голосе Зандера, но также и намек на смирение.

– Разве ты не можешь послать туда Аттикуса вместе с армией?

– Таков и был мой план. После того как мы бы поженились и мои родители отреклись бы от престола. Но теперь мы сталкиваемся с давлением со стороны Ибариса. Половина армии расположилась лагерем возле Разлома, а другая половина готова двинуться в путь при первых признаках неприятностей. Поднять оружие против Кеттлинга сейчас означало бы еще больше расколоть людей. Хотя сторонников Цирилеи много, мы не можем сражаться одновременно с Ибарисом и Кеттлингом, особенно если Эдли призовет союзников из Кайера. Они устрашали даже смертных, которые давным-давно сражались вместе с Кеттлингом, когда тот в последний раз восстал против Цирилеи. И каждый день я получаю все больше сообщений о том, что люди вступают в союз с Эдли. Если восток объединится под его началом, они станут для меня серьезной угрозой.

И этот человек вчера стоял в первом ряду двора и кланялся своему королю в знак верности. Меня передергивает от отвращения.

– Не знаю, как ты не натравил на него Абарран.

– Поверь мне, я борюсь с этим побуждением каждый день.

Я качаю головой.

– Предатель при дворе на данный момент должен волновать тебя меньше всего.

– Возможно.

Но мрачное выражение, промелькнувшее на его лице, говорит об обратном. Мои мысли блуждают в затянувшейся – и странно приятной – тишине, возвращаясь к прискорбной кончине лорда Квилла.

– Элисэф сказал, что флакон с ядом нашли в платье моей горничной.

– Он был крошечный, легко спрятать в одежде. Из того, что она рассказала нам во время допроса, каждому кормильцу нужно было выпить всего одну каплю. Когда жрицы проверили флакон, в нем было почти двадцать капель.

– И ты забрал его у нее.

– Да, он по-прежнему в безопасности, в королевском хранилище. Нетронутый.

– Это означает, что их было больше одного. Сколько я принесла?