– Можно?

Бросив настороженный взгляд в мою сторону, Грейсен кивает.

Вэнделин прижимает руку к животу Грейсен и закрывает глаза. Жрица грызла ногти с того момента, как вылечила меня вчера. Думаю, много часов подряд. В одном месте они обгрызены до жути, до боли. Признак нервного и беспокойного человека.

Предупреждение Бексли снова маячит в мыслях.

– Я никогда раньше не встречала жриц, – признается Грейсен. – Во всяком случае, настоящих.

Я не уверена, что она имеет в виду, но сейчас не время спрашивать. Когда Вэнделин снова открывает глаза, они сияют.

– У тебя нет причин для беспокойства. Ребенок здоров и крепок. Она скоро родится.

– Она? – Грейсен издает хриплый смех. – Снова девочка. Это… замечательные новости. – Ее улыбка дрожит, будто это вовсе не так.

По святилищу разносится громкий плач, и головы тех, кто пришел на молитву, оборачиваются на звук. Лилу заснула на руках Дагни во время поездки в экипаже и, пока спала, была весьма довольна, однако теперь она проснулась и ищет маму.

– Нужно взять ее, пока она не начала плакать еще сильнее. – Грейсен вскакивает со скамьи и ковыляет прочь. Мика бежит следом, завороженно сжимая и разжимая руку.

– Кажется, она не особенно в восторге от еще одной дочки.

Взгляд Вэнделин следует за моим.

– Я чувствую, что в своей молодой жизни она пережила большие трудности и теперь боится, что ее дочери столкнутся с тем же.

– Уже нет. По крайней мере, я надеюсь, что нет.

Я не уверена, насколько лучше будет жизнь у нее и ее семьи под покровительством Зандера, но думаю, намного безопаснее, чем та, которую предлагал Дантрин.

Вэнделин долго смотрит на меня, а затем вздрагивает, будто вспоминает что-то.

– Не могу поверить, что вы подошли к палатке лорда и потребовали забрать их всех.

Да и мне не верится. Я пожимаю плечами.

– Если я играю роль, то могу хотя бы получать от этого удовольствие, верно? Надеюсь, этот монстр утопает в тарелках с пудингом.