— Это вы действительно, удачно зашли, — я сунул комм в карман и обернулся к девушкам, напряженно смотрящим на меня. — Я уезжаю. Точнее, улетаю в Российскую империю. Может быть, останусь там, а может быть отправлюсь дальше, еще пока не знаю.

— А как же мы? — тихо спросила Марико, и я удивился тому факту, что спрашивала она за них обеих.

— Вы можете отправляться со мной, а можете остаться здесь. Кудзё ты не нужна, а про тебя, — я обернулся к лисе, они вообще не знают. — Так что…

— Мы едем с тобой, — быстро ответила на этот раз Фудзико.

— Тогда, пошевеливайтесь, у нас мало времени. — И я вышел за дверь, подхватив свою сумку.

Они догнали меня еще на лестнице. Я покосился на маленький чемоданчик, куда уместились вещи обеих. Так дело не пойдет, когда прибудем на место, надо бы их приодеть, да вообще привести в порядок, а то растрепанные наложницы — это прежде всего удар по моему имиджу.

До вокзала дошли быстро. На этот раз ощущения слежки не было, но вот когда я ступил на причал, уже видя цель перед собой, взвыло чувство опасности, и откуда-то сбоку прилетели несколько сюрикенов. От двух я увернулся, а вот третий вонзился мне в бок, глубоко пропоров мышцы, и, кажется, задев печень, практически скрывшись в ране.

Отвлекаться даже на рану было глупо, и я побежал, зажимая пропоротый бок ладонью. Девчонки неслись за мной.

Время уже практически вышло, потому что у дверей дирижабля началось движение и трап дрогнул.

— Быстрее, — процедил я, на ходу уворачиваясь от еще одного сюрикена и буквально падая в полутемное нутро дирижабля, за секунду до того, как трап начал въезжать в специальные пазы.

Девушки тоже успели и теперь сидели на полу рядом со мной, с трудом переводя дыхание.

— Я Кудзё Михо требую выдать мне сбежавшего преступника Оши Ёси, — раздался снаружи дрожащий от ярости голос Михо. Хорошо, что я послушался свое внутреннее я и сбежал, потому что сомневаюсь, что ученик превзошел бы учителя.

— Это невозможно, — раздался надо мной холодный голос Великого князя. — Этот человек оказал услугу Российской империи и попросил политическое убежище, которое ему и было предоставлено. А теперь уходите, если не хотите погибнуть, нарушая границы.

— Ублюдочный эта, — процедил Михо на прощанье. — Запомни, это еще не конец! Я найду тебя хоть на краю света!

— Удачи, — прошептал я онемевшими губами.

— Вы ранены? — Великий князь скорее утверждал, чем спрашивал. — Вами займется мой лекарь.

Я кивнул, чувствуя, как сознание уплывает вместе с кровью, которая толчками выплескивалась из раны на боку. Но, несмотря на ранение, я осознал, что теперь точно нахожусь в относительной безопасности, как и думал ранее, по крайней мере, пока.