И Каргилл быстро направился на главную кухню.

Накануне вечером, во время обеда, разговор как-то перешел на кофе, и Бари отбросив свой обычный скучный расчет, обстоятельно заговорил об этом предмете. Он рассказал им историю гибрида Моха-Ява, еще растущего в местах вроде Макассара, и об удачном сочетании чистой Явы с груа, очищенной в мире Принца Самуэля. Он знал историю Голубой Горы Ямайки, хотя сказал, что не пробовал этот сорт. Когда покончили с десертом, Бари предложил устроить "дегустацию кофе" по образу и подобию дегустации.

Это было превосходное завершение превосходного обеда. Бари и Набил двигались как фокусники среди конических фильтров, кипящей воды и нарисованных вручную этикеток. Все гости были в восторге, и это сделало Бари каким-то другим человеком: трудно было представить его знатоком чего бы то ни было.

— Но главное условие — это держать оборудование совершенно чистым,— сказал он.— Горькие масла из вчерашнего кофе при работе накапливаются, особенно в кофейнике.

Закончилось все предложением Бари осмотреть на следующий день оборудование "Макартура” для приготовления кофе. Каргилл, считавший кофе таким же жизненно-важным для сражающегося корабля, как торпеды, сразу согласился. Сейчас он смотрел как бородатый торговец изучает большой кофейник и в высшей степени осторожно зачерпывает чашку.

— Машина, безусловно, в хорошем состоянии. Абсолютно чистая, и напиток разогревали не слишком часто. Для стандартного кофе это великолепно, командор.

Сбитый с толку Джек Каргилл зачерпнул чашку и попробовал.

— Почему это лучше, чем то, что мы пьем в офицерской кают-компании?

Повара обменялись косыми взглядами, и Каргилл заметил это. Заметил он и еще кое-что. Проведя пальцем по боку кофейника, он вынул его с коричневым, масляным пятном.

Бари повторил этот жест, понюхал свой палец и коснулся его кончиком языка. Каргилл тоже попробовал это масло. Оно имело вкус всех тех плохих кофе, которые он когда-либо глотал из страха заснуть на дежурстве. Он снова посмотрел на кофейник.

— Опять малыши!— рявкнул Каргилл.— Разберите эту проклятую штуковину на части.

Они освободили машину и разобрали ее — насколько это было возможно. Части, который должны были отвинчиваться, сейчас были приварены друг к другу. Однако секрет магического кофейника, похоже, заключался в избирательной проницаемости металлической оболочки.

— Моя компания с удовольствием купит этот секрет у Военного Флота,— сказал Бари.

— Мы будем рады продать его. О’кей, Зиффрен, как долго это продолжалось?

Старшина поваров задумался.