Теперь Таран стал хуже прыща на жопе — клевал мозг при каждой возможности. Он, конечно, всегда был не прочь поворчать, но сейчас второго Нудного Керсу не вынести.
— Да расслабься ты, это они от дыма дуреют. Ещё пару дней и угомонятся.
— Ага, потому что дым закончится, — здоровяк досадливо крякнул. — Ещё неизвестно, что хуже.
— Вернётся Девятая, схожу с ней в деревню за спиртом.
Триста Шестой наморщил свой плоский нос:
— Что-то ты ей больно доверяешь, братишка. Не забывай, ищейки всегда себе на уме. Как горелым запахнет, она не задумываясь всадит кинжал тебе в спину.
И этот туда же! Первое время девчонку даже к общему костру не подпускали. Каждый считал своим долгом хоть как-то её укусить исподтишка: то мясо подгоревшее подсунут, то вслед какую-нибудь гадость прошипят, разве что в сапоги не ссали, и только когда Керс вмешался, скорпионы поумерили свой пыл, хотя и продолжали опасливо коситься на бывшую ищейку. Похоже, он один здесь понимает, насколько Девятая может быть полезна. Котелок у неё варит получше любого из стаи, порой он и сам рядом с ней чувствовал себя пустоголовым желторотиком. Девчонка единственная поддержала его инициативу восстановить связь с Пером, а после вызвалась отправиться на их поиски.
— Девятая нам нужна, так что помягче с ней, ладно?
Таран деловито скрестил руки на груди:
— Фиг с ней, с этой Девятой, сам разберёшься, но что нам точно нужно, так это жрачка, которая не сегодня-завтра закончится. А ещё неплохо бы о гигиене позаботиться, мыла почти нет, порошок зубной давно закончился, с лекарствами совсем беда, даже обезболивающего не найти. Я уже не говорю про отхожее место…
— Да ты издеваешься! — Керс раздражённо закатил глаза. — Я и так по всему лагерю мотаюсь, как горгоной ужаленный. То малькам мозги вправь, то дозорных проверь, то от сервусов нытьё выслушай. Каждый так и норовит высказать своё недовольство, а у этих вообще целый список хотелок. Только мне откуда всё это брать?! Я что, всемогущий, по-вашему?
Триста Шестой добродушно хлопнул его по спине:
— Да ты не кипятись, брат. Давай вместе обмозгуем, как это дело поправить.
— А что тут обмозговывать! Сколько нас здесь? Около сорока, не меньше…
— Сорок шесть и тринадцать сервусов, — уточнил здоровяк, умостившись у скальной стены.
— Итого из шести десятков почти половина на очистке. Они пока мёртвый груз, на дело их брать себе дороже. Я б им даже стеречь лагерь не доверил. Переждать надо. Придут в себя, организуем вылазку.
— Нет, я против грабежей. Мы и так свободным подгадили на двести лет вперёд. Если начнём разорять деревни, то война нам обеспечена, а с желторотиками сильно не повоюешь, перебьют нас в два счёта, и твой хист не спасёт.