— Тебе нужно поспать, Ящерка. Без этого нельзя. Когда ты отдохнешь, ты почувствуешь себя лучше.

— Но мне снятся страшные сны.

Рипли чуть было не вздрогнула, но, стараясь казаться спокойной и жизнерадостной, ответила девочке:

— У всех бывают плохие сны, Ящерка.

Девочка свернулась калачиком под одеялом.

— Но не такие, как мои.

Не ручайся за это, малыш, подумала Рипли, а вслух сказала:

— А вот Кейси никогда не видит плохих снов.

Она взяла из рук девочки головку куклы и заглянула внутрь.

— Как я и думала, там ничего плохого нет. Может и ты постараешься быть, как Кейси. Представь, что и у тебя в головке ничего нет.

Она погладила лоб девочки, и та улыбнулась.

— Ты хочешь, чтобы она была как будто пустая?

— Да, как будто пустая. Как у Кейси.

Она отвела со лба Ящерки упавшие пряди.

— Если ты так сделаешь, то тебе наверняка не приснятся плохие сны.

Она закрыла немигающие глаза куклы и отдала ее хозяйке. Ящерка взяла куклу и закатила свои собственные глаза, как бы говоря: «Не принимайте меня за пятилетнюю дурочку, леди. Мне уже шесть.»

— Рипли, она не видит страшных снов, потому что она просто кукла из пластика.

— Да. Извини меня, Ящерка. Ну тогда представь себе, что ты, как и она, сделана из пластика.

Девочка почти улыбнулась. Почти.

— Я попробую.