Все замерли в растерянности. Ева видела, как то там, то тут ярко вспыхивали гневным огнём глаза тадаллинов.

— Но она не потомок Зимнего Ветра, — донёсся из толпы возмущённый голос.

— В её жилах течёт кровь Александра Карнарова, — спокойно ответил Валентин.

Ева вскинула на него глаза. Она не была готова к тому, что он сегодня объявит о её происхождении. Но, видимо, у Валентина были другие планы.

— Она дочь Наталии? — спросил вышедший вперёд пожилой мужчина. Его морщинистое лицо излучало недоверие.

— Нет. Её мать Тиин. Она была суолейя.

Взгляд старика обжёг Еву словно хлыст, но она смело выдержала его. По толпе пронёсся ропот возмущения. Ева обежала глазами присутствующих, и её взгляд встретился со взглядом Яна. Она видела, как изумлённо поползли вверх его брови.

— Суолейя? Это невозможно! — из толпы выступил ещё один мужчина.

Ева увидела, как к ним присоединились ещё двое. Среди них был Григорий Долинин. «Главы Союза», — догадалась она.

— Само её существование говорит об обратном, Виктор.

— Карнаров связался с суолейя, — сказал он. — Она грязнокровка! И здесь нечем гордиться!

— Речь идёт не о гордости. В этом нет её вины, — сказал Валентин тоном, не терпящим возражения.

Марк увидел, как подалась вперёд Ева. Она была возмущена до глубины души тем, как её назвали, и была готова дать отпор. Но Марк подал рукой предостерегающий знак. Ева замерла, понимая, насколько он прав. Её сердце ускорило ритм, но сейчас не время для гнева. Ева выдохнула и попыталась сосредоточиться на разговоре.

— Я слышал, что вождь суолейя тоже имеет на неё виды, — надменно сказал третий мужчина.

Он казался самым молодым из пяти глав. Его бледное лицо было почти скрыто капюшоном.