— Сама знаешь почему.

В открытую дверь вошла Тахти. Ева бросила осуждающий взгляд на подругу.

— Она настояла. Тахти слышала наш разговор по телефону, — объяснила она.

— Ладно, у нас мало времени. Марк может вернуться с минуты на минуту. Намажьте меня какой-нибудь мазью, чтобы мне стало легче. Он тоже не должен ничего знать.

Аника помогла Еве прилечь на диван. Тахти расстегнула рубашку и озадаченно осмотрела синяк. Её неожиданно проворные пальцы стали быстро ощупывать ребра на предмет повреждения. Ева морщилась от каждого прикосновения. Тахти опасалась перелома, но кости были целы. Достав из своего ларца мешочек с травами, она протянула его Анике, и та сразу принялась делать настой.

— А Вы не многословны, — молчание тяготило Еву.

Шаман всегда вызывала у неё смешанные чувства. Она видела в глазах Тахти вековую мудрость, но в то же время пронзительный взгляд шамана пугал её. Почему-то эта женщина внушала уважение и благоговение, хотя не особо нравилась ей.

— Ты очень похожа на мать, — Тахти стала водить руками на небольшом расстоянии от тела Евы. — Такая же гордая и не терпишь чужой помощи. Будь осторожна. Огонь внутри тебя сильнее, чем всем кажется. Если не научишься с ним управляться, он может спалить тебя.

Её руки замерли. Шаман закрыла глаза и стала едва слышно что-то шептать на своём языке. Ева совершенно явно физически ощущала мощные потоки энергии, исходящие от её морщинистых рук. Она почувствовала, что ей стало легче дышать, и боль будто поутихла. Тахти открыла глаза и присела на стул рядом с Евой. Она выглядела уставшей.

— Ты встала против врага, который тебе не по силам, — сказала она.

— Можете считать это глупостью, но я не могла иначе, — ответила Ева, чуть приподнявшись на локтях.

— Даже если бы тебе пришлось отдать жизнь?

— Даже если так.

— На тебе лежит великая ответственность. Ты оказалась меж двух будущих вождей. Благодаря тебе мир между их народами может укрепиться, а может рухнуть. В твоих лишь на первый взгляд хрупких руках находится судьба двух народов. Ты будешь достойной женой вождю, какую бы сторону ты не приняла.

Ева хотела возразить ей, но у неё язык словно к нёбу прирос. На какое-то время Тахти замолчала. Прикрыв глаза, она что-то обдумывала.

— Я хочу рассказать тебе одну вещь. Мало кто об этом знает. И хорошо. Знать об этом обычным людям не положено. Люди умирают, когда им суждено, и мы не в силах это изменить. Нельзя отсрочить время и день смерти. Путь этого человека закончится здесь и сейчас. Такова его судьба. Но в редких случаях, если всей душой этого желать, без корысти и выгоды, а просто по велению сердца, можно выменять чужую жизнь у Колем, отдав взамен свою.