— У Колем?

— У Духа Смерти.

— Почему Вы мне говорите об этом? — Ева непонимающе смотрела на неё.

— Не знаю... У меня возникло ощущение, что ты должна знать.

— Хорошо, — Ева снова опустилась на диван, и наступила тишина.

Она очень хотела расспросить Тахти о своих родных родителях, но чувствовала себя слишком обессиленной. Скоро вернулась Аника и сделала Еве компресс на травяном настое.

— Мы тебя быстро поставим на ноги, — улыбнулась она.

— Замечательно. И помни, никому ни слова, — повторила свою просьбу Ева.

— Да поняла я, поняла.

Марк быстрым шагом приближался к дому Евы. Он обещал вернуться скорее, но ему пришлось задержаться. Дверь оказалась не заперта, и он вошёл в дом. Ева крепко спала на диване. Он не стал тревожить её сон и опустился в кресло рядом. Какая же она упрямая! Сколько раз он просил её не ходить к ним в деревню. Ей вообще не стоило связываться с суолейя. Но как же отчаянно она всегда защищала их! Почему её так тянет к ним? Неужели та её часть, которая была от матери, так сильна?

Когда она проводила с суолейя много времени, её ореол менялся. Он густел, из лёгкого серебристого превращаясь в тёмный непроницаемый кокон, который скрывал её от него. Проходило немало времени, прежде чем он снова мог хоть немного чувствовать Еву. Марк вспомнил видение, где волк лежал у её ног, а она была такой же серой, как он. Она ведь не может предпочесть ему хокку?! Эта мысль обожгла его. Он просто не может её потерять. Не сейчас, когда она стала необходима ему, как воздух. С её появлением вся его жизнь перевернулась с ног на голову. Возникло столько проблем. И, быть может, всё было бы гораздо проще, если бы она уехала обратно. Но теперь уже поздно. Он нуждался в ней и ничего не мог с этим поделать. Решение было принято. И он скажет ей о нём, как только разберётся с суолейя.

Ева проснулась, когда солнце уже близилось к горизонту. Марк был рядом.

— Прости, что задержался, — он наклонился и поцеловал её в лоб.

— Не страшно, — она потянулась, и боль в боку тут же напомнила о себе, но уже не такая резкая. — Что думает по этому поводу Валентин?

— Он весьма озадачен. Вся тень подозрения, несомненно, падёт на нас. Возможно, даже на меня.

Ева опустила глаза. Она понимала, что это из-за её дружбы с Таем.