— Сестра.

Это было самое почетное звание.

Хампа упал на колени, громко плача.

Сали испустила долгий вздох и поскорее отвернулась от своих близких, пока чувства не вырвались на волю. Она направилась к ожидавшему ее отряду, ни в малейшей степени не заботясь о том, положено ли ей почетное сопровождение.

Мали крикнула вдогонку, перекрывая шум леса:

— Я буду ждать твоего возвращения на этом самом месте! Я не уйду без тебя! Ты слышишь, Сали? Я сожгу Шакру дотла, если ты не вернешься!

Крайний кокон опустил подъемник и ждал, когда Сали войдет в город. На полпути, уже над вершинами Травяного моря, она в последний раз оглянулась. Дети Незры сгрудились у подъемника и стояли молча; ряды беглецов тянулись по длинному узкому полю, насколько хватало глаз. Все до единого — мужчины, женщины, дети — прижимали кулак к сердцу. Обычный шум Травяного моря как будто притих. Сама земля платила Сали последнюю дань уважения.

Сали нарушила традицию и посмотрела на людей. Она ответила им тем же жестом. Это был ее народ, и она долго впитывала взгляды современников, прежде чем найти глазами сестру. Минуло много ударов сердца, прежде чем она наконец отвернулась.

Сали слегка удивилась, обнаружив, что наверху подъемника ее ждет отряд тяжеловооруженных стражей в черных доспехах. Командир отсалютовал ей.

— Мы здесь, чтобы проводить тебя к Совету, Бросок Гадюки.

Бросок Гадюки. Не Воля Хана, не Искатель Души. Как интересно. Во всех официальных вопросах ее связь с Ханом имела решающее значение. Если речь шла о чем-то священном, на первый план должно было выступить духовное призвание. То, что к ней обратились как к воину, встревожило Сали.

Она повела плечами, ощутив тупую боль: рана от топора не исцелилась до конца. Рука почти зажила, отчасти благодаря лекарям из числа беглецов, однако хватка еще оставалась слабой. Чтобы окончательно окрепнуть, был нужен еще хотя бы один цикл. Впрочем, все раны скоро перестанут иметь значение. Сали не собиралась бороться с решением шаманов. Ей оставалось жить несколько часов, не дней.

Стражи были почтительны. Они не пытались отнять у нее кнут или превратить почетное сопровождение в конвой. Сали заметила небольшую кучку зевак, стоявшую за первым мостом. Несомненно, им хотелось повидать беглую Волю Хана, возвращающуюся в Целое. Ее прибытие не было тайной, тем более что с собой она привела целую армию.

Сали удивилась, когда стражники повернули, не дойдя до моста, и направились по лестнице вниз, в чрево кокона. Этот ярус, известный как механический, был совершенно чуждым ей миром стали и пара. Там находились механизмы, управлявшие коконом. Сали и стражи миновали целую толпу механиков, следивших за шестеренками, и рабочих, которые поддерживали огонь в топках. Некоторые рабочие, черные от копоти и сажи, мельком глянули на нее — но ничего более.