— Вы не первая, с кем он это провернул.

Провернул что? Не то чтобы он как-то ей воспользовался. Он был другом. Корешом. Они с Марко оказались бы на улице, если бы он не оплатил медицинские счета. У Кейт не было бы GPS-координат, чтобы найти Сильвер. Но почему? В чем его конечная цель?

— Вы в курсе, — спрашивает Рамфеле, его значок мерцает в слишком ярком искусственном свете, который теперь не только причиняет боль пересохшим глазам Кеке, но еще и ее мозгу, — что Хелена Нэш мертва?

У Кеке уходит несколько секунд на то, чтобы понять, что он только что сказал.

— Что?

Копы выглядят испытывающими сомнения.

— Нет, — говорит Кеке. — Что с ней случилось?

Люди едва ли теперь умирают в колониях, не то что в переполненных тюрьмах, которые раньше существовали в Южной Африке, где тебя зарежут за твою грязную подушку. Работающие в исправительных учреждениях имеют хорошую охрану и отличное медицинское обслуживание. Плюс, им приходится носить эти ужасные умные медные наручники с новыми технологиями, когда они не работают. Ужасно, но безопасно. АНК постоянно хвастаются тем, что они в состоянии сохранять своих заключенных живыми и здоровыми, но, конечно же, они сделают все, что угодно, чтобы те продолжали дышать. Так как те составляют значительную часть рабочей силы в стране.

— Суицид.

— Нет, — произносит Кеке. — Не может быть. Мы готовились опровергнуть ее обвинительный приговор.

— Она об этом знала?

— Она знала, что мы над этим работаем. По этой причине мы и пошли увидеться с ней.

— Она оставила записку. Сказала, что без ее ребенка и свободы ей не за чем жить.

— Но я думала, что в исправительных колониях невозможно совершить самоубийство.

— Так и есть. Если только не поможет человек извне.

— Кто?

Все офицеры полиции уставились на нее. Она смеется. Ничего не может с этим поделать.

— Я? В самом деле? Поэтому вы здесь?

Рамфеле очень внимательно за ней наблюдает.

— Она не могла получить таблетку яда ни от кого другого. Кроме вас у нее не было других посетителей.