— Держится.

— А Рейф?

— Тоже. Можете войти.

Рейф сидел около кровати, уставив на Свена такой пустой взгляд, что сердце разрывалось. Они ведь напоследок повздорили, и Свен в гневе вылетел из столовой. Неужели так все и закончится? После всего, что они прошли вместе? Передо мной сейчас сидел не Рейф, а его выгоревшая оболочка. Он только-только потерял родителей, теперь это… Чего еще его можно лишить?

Разрыдайся, вскипи, хоть как-то выплесни чувства! Но он лишь слабо помотал головой на вопрос, нужно ли что-нибудь.

Вскоре заглянули Берди с Гвинет. До чего обе умиляли меня в такие минуты мрака — сильнее, казалось, мне их не полюбить. Гвинет вложила в руку Рейфу стакан с водой, Свену травила шутку за шуткой, будто он слышал. Может, и вправду слышал. Позже пришли Джеб и Оррин, еле разнимая веки, и на корню отказались возвращаться к себе. Мы бдили, как часовые на посту, словно наши скорбящие сердца якорями удерживали Свена в этом мире. Каден молча сидел в углу, коря себя понапрасну. Гвинет и Берди вносили еду, взбивали подушки, отирали Свену лоб. Гвинет пожурила его, что оставил ее один на один с «этими кислыми рожами», затем заглянула нам в лица, как бы приободряя.

— Вот тебе, — чмокнула она Свена в щеку. — На первый раз за счет заведения. Но только на первый!

На мою просьбу перекусить Рейф кивнул, но и крошки в рот не взял.

«Молю, пусть они обменяются хоть парой слов», — шептала я богам. — «Дайте Рейфу утешение».

Гвинет присела на подлокотник его кресла и приобняла за плечо.

— Ты его не слышишь, зато он слышит. Непременно слышит, вот и скажи ему все, что должен. Он сам ждет. — Ее глаза влажно засверкали. — Понимаешь? Мы вас оставим, поговори с ним.

Рейф кивнул.

Все вышли.

Я заглянула спустя час.

Рейф сидел на полу, упершись затылком в кровать, и дремал. Свен был без сознания, но его рука лежала у Рейфа на плече, как будто съехала ненароком. Или же Рейф сам ее так положил

Глава восемьдесят третья