— Да, не невеста. — Силандри обошла клетку кругом. — Здравствуй, дитя.
Демон зарычал, и Ходящая-по покрову отступила на пару шагов. Гексахир хмыкнул:
— Расслабься, арлекин. Она не сможет убежать. Эти символы делают ее слабой. У нее не хватит сил.
— Не хватит. — Силандри перевела взгляд на него: — Ты должен ее уничтожить.
Олеандр помертвел, и Гексахир ухватил его за плечо.
— И зачем мне это делать? — спросил он, заинтригованный такой идеей. Он и раньше изгонял подобных тварей. В этом не было ничего сложного, если под рукой есть нужные инструменты. — Она так сильно тебя пугает?
— Не она.
— В смысле?
— Есть в твари нечто большее, нежели она сама по себе. Как тень на стене. Как рябь на воде. Нет ни одной истории, что по-настоящему завершена. Все продолжаются после последнего куплета. — Она стукнула посохом по клетке, вызвав еще один рык. — То, чем она является сейчас, — совсем не то, чем она может стать. И эту вот возможность мы должны отсечь от дерева судьбы, дабы она не портила нам все оставшиеся.
Гексахир приподнял бровь:
— Ерунда. Полная чушь. Бредовые загадки. Не знаю, почему я ждал прямого ответа.
Он подался вперед, все еще сжимая плечо Олеандра. Он чувствовал напряжение мон-кея. Чувствовал вонь, исходящую из его пор. Интересно, испугался ли Олеандр? Он очень на это рассчитывал.
— Иди и донимай кого-нибудь еще. У меня есть дела поважнее, чем выслушивать бред чокнутого клоуна.
Силандри воззрилась на него. По крайней мере, ему так показалось. С этой ее зеркальной маской никогда не скажешь наверняка. Хотелось думать, что она опешила. Арлекины слишком привыкли добиваться своего в подобных делах. Немного зловещего бормотания — и ты должен просто смириться с любым идиотизмом, который они задумали.
Но не сегодня. И никогда больше.
Он решил убить Силандри, как только покончит с Фабием. Из Олеандра получится отличное орудие для этого. Плюс, была в этом некая высшая справедливость. Мироздание совершит полный оборот, и круг замкнется.
— Мы не прогадали, дав тебе роль Господина Ножей, — наконец сказала Силандри. — Он тоже был тщеславным дураком.
А потом она исчезла. Гексахир напрягся, внезапно почувствовав себя не столь уверенно.
Демон в своей хрустальной клетке улыбнулся, глядя на него.